Книга Чужак: Ученик. Охотник. Барон, страница 8 – Игорь Дравин

Утро красит нежным светом. Совсем не вежливый стук в дверь прервал самую сладкую утреннюю дрему.

— Вставай, – глухо прорычали из-за двери.

Не дождавшись внятного ответа, в дверь ввалился братец Лон. Совсем невежливо посмотрев на мою выспавшуюся физиономию, он облагодетельствовал меня свертком одежды.

— В лицо зачем? – возмущенно заявил я. Тихо так заявил. Совсем скромно. По утрам я вообще стеснительный.

— Одевайся и выходи во двор. Жду недолго.

Братец Лон развернулся и, громыхая навешанным железом, избавил меня от своего общества. Вот так, стоит проявить свое возмущение тихо в подушку, как за человека принимать перестают. Одежда меня позабавила и заставила снова задуматься. М-да. Все детали совпадают. Рубашка с воротом на костяных пуговицах, холщовые штаны, шерстяной плащ с капюшоном и берет. Придется одеваться, так как джинсу здесь не носят. В качестве обувки были предложены короткие сапоги с портянками. Я аж умилился. Давно я это не натягивал. Не желая затягивать процесс знакомства с обстановкой, я быстро оделся и выскочил во двор.

А народу сегодня прибавилось. Воскресенье у них, что ли? Все подворье храма было забито людьми. Мужчины, в подобии моей одежды, соседствовали с настоящими средневековыми франтами. Женщины в длинных платьях и платках, детвора, парочка телег и лошадей. Картина Репина – церковный праздник на селе. Только для праздника было слишком много острых игрушек на здешнем народонаселении. Мужики все сплошь в нагрудниках из кожи и стали. На поясах мечи и кинжалы соседствовали с секирами. Да что мужики. Бабы все с железом ходят. Только размеры игрушек и их количество – поменьше. Наверняка, чтобы сильный пол не заработал комплекс неполноценности. Сильный пол увлекался фальшионами^[4] и палашами^[5], а слабый только кинжалами и стилетами. Попал. Что там падре говорил про происходившую резню и всякую другую хрень? Она ведь закончилась. Наверно. Черт с ним. Потом, все потом. Я подошел к Лону, который плотно общался с коренастым мужиком средних лет.

— Доброе утро. Я так понимаю, что мне к вам на постой? – спросил я, смотря на второго.

Мужик хмыкнул, а клон ожег взглядом.

— Матвей. Вот за этим человеком и просил присмотреть отец Эстор на первое время. Бывай.

Лон развернулся и пошел к храму. А храм был хорош. Вчера вечером я это не разглядел. О ночной подсветке красивых зданий здесь наверняка имели самое поверхностное представление. Высокий, легкий силуэт. Храм, казалось, готов был взлететь. Шпиль пытался пронзить небо. Стрельчатые окна и арки добавляли храму легкости и изящества. Архитектор постарался на совесть. Учитывая, что храм без шпиля был высотой с пятнадцатиэтажный дом и имел соответственную ширину, то придать массивному зданию ощущение полета и стремительности дорогого стоит. Я даже не мог сказать, какое сооружение он мне напоминает. Храм был уникальным.

— Нравится? – раздался голос мужика.

— Очень, – откровенно сказал я.

— А то. Единственный на севере храм Единому. Второго такого здесь нет. В Белгоре храм Создателя не меньше, но впечатления совсем другие. Садись в телегу, поедем.

— Куда? – не понял я.

— В Белгор, – удивился мужик. – Я разве не сказал?

Не сказал. И тупишь ты правдоподобно. Следующий раз глазки спрячь. Слишком они у тебя цепкие. Я хмыкнул и уселся в стоящую рядом телегу, запряженную клячей.