Книга Дверь во тьме, страница 126 – Скотт Рэнкин

Лев еще даже не опустил оружие, а болт уже вонзился ему в шею. Он упал на спину и забился, словно рыба на берегу. Старик лихорадочно перезаряжал арбалет, когда Тео поразил его отлично сформированной и направленной взрывной волной. Тот отлетел к ближайшему дереву. Его тело с хрустом ударилось о ствол. Сердце Рен бешено колотилось.

— Мы их сделали! Пойдемте…

Но тут она увидела Кору. Та упала на колени. Второй болт попал ей прямо в грудь. Кора начала заваливаться набок, и Рен едва успела ее подхватить.

— Кора, мы с тобой. Не бросай нас…

Ее карие глаза были широко раскрыты и безжизненны. Болт попал ей прямо в сердце. Они не обнаружили ни пульса, ни других признаков жизни. Осторожно опуская Кору на траву, Рен дрожала всем телом. Грудь сжалась, дыхание перехватило. Она потянулась, чтобы закрыть Коре глаза, и в это время мертвое тело девушки скрутила судорога.

Из перехваченного горла Рен вырвался крик. Спустя несколько секунд тело перестало биться в конвульсиях. Тео наклонился и закрыл Коре глаза. Они переглянулись. Он кивнул в ответ на вопрос, который Рен не нашла в себе сил высказать. У них не было времени похоронить тело – или взять Кору с собой. Если они хотят выжить.

— Давай выбираться отсюда, – сказал Тео.

Темнота усложняла побег.

Спускаясь с холмов, они не рискнули применить осветительное заклятие. В этой пустынной местности любой огонек привлечет внимание преследователей. Их вели по пути только звезды. Им хватило бы и одного адреналина, но периодически они слышали то, что побуждало их ускорить шаг еще больше: пронзительный лай пса Деллы. Если их преследователи не останавливались для отдыха, то не следовало и им.

Кора Маррин мертва. И это я позволила ей умереть.

Рен попыталась не концентрироваться на этой мысли. Они с Тео шли и шли. Три раза им встречались ручьи, и они переходили их вброд. Если берег был слишком обрывистым, они забирали на юг, вдоль Сторожевой горы, – надеясь, что, несмотря на препятствия, постоянно двигаются в сторону Катора. Делла говорила, что до города четыре дня ходу. Рен понятия не имела, правда это или нет. Но им не придется проходить все это расстояние. У них есть свеча.

Занялось утро, прекрасный наступающий день совсем не отражал их самочувствия. Рен никогда в жизни так не уставала. Протестовала каждая мышца ее тела. Смерть Коры лежала на сердце тяжким грузом. И еще где-то на краю сознания пульсировало воспоминание о захламленном сарае. О крови и отрезанных пальцах. На самом деле этих событий не произошло, но Рен пугала сама возможность того, что могло случиться, если бы тот временной поток тек своим чередом. Был уже полдень, когда они остановились передохнуть.

Выбранное ими место излучало покой. Небольшой водопад скатывался в мелкий пруд, где вода была такой прозрачной, что было видно дно. Казалось, в таком тихом уголке им ничто не может угрожать. Тео сбросил с плеча сумку и принялся расшнуровывать ботинки.

— Останавливаться надолго здесь нельзя, – сказал он. – Умоемся, поедим, двинемся дальше.

Кора стащила со стола целую буханку хлеба. Во время бегства из кухни Рен этого не заметила, но теперь прошептала «спасибо» погибшей подруге. Однако, размышляя о том, что произошло, она испытывала сложные чувства. Тот факт, что у Коры был девориум, неизбежно приводил к тяжелому вопросу: