Книга Сеанс в Преисподней, страница 162 – Глеб Лютаев

Быстренько развязав верёвку, связывавшую его и Алисы руки, он спросил разрешения хозяйки и отправился в ванную комнату. Первым делом кинулся к раковине, включил воду и умылся. Когда кровотечение ослабло, Рома посмотрел в зеркало.

Он не поверил своим глазам и ополоснул лицо вновь. Успокоившись, с опаской снова взглянул на своё отражение и с нарастающей паникой едва сдерживал крик. Рома отчаянно пытался разубедить себя в том, что увиденное реально. Не зная, что предпринять, мужчина опять открыл кран и холодной водой обтер шею, словно это могло каким-то образом смыть то, что он на ней увидел.

На коже отчётливо виднелось покраснение, и не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, кто оставил следы. Как бы фантастически ни звучало, но след от руки ублюдка из сна Алисы теперь отпечатался на шее мужчины. Если бы Рома не ощущал боль в горле, не чувствовал неприятные ощущения на коже, то, может быть, и не поверил в реальность случившегося. Но всё вышеперечисленное было, и это наводило не просто на мысли, а на ужасные, жуткие, параноидальные мысли.

«Оно. Может. Убить!»

«Нет, ты не понял, мужик. Оно действительно может убить тебя, Алису и кого бы то ни было во сне. И если это произойдёт там, то здесь, в этом самом реальном мире ты тоже наверняка сдохнешь».

Рома прополоскал рот, умылся в очередной раз, внимательно пригляделся к носу, пощупал его и скривился от боли. Обескураженный, на подгибающихся ногах, он покинул ванную комнату и вернулся в спальню Алисы.

Там увидел неприятную картину. Вера сидела в кресле с поджатыми под себя коленями, бледная, будто лицо облили водоэмульсионной краской. Она грызла ногти на руках, чего раньше Рома за ней не замечал.

Алиса сидела на кровати. Подушку она подложила под поясницу, оперевшись на изголовье, а ноги скрестила по-турецки. При этом придерживала руками живот. Голову девушка слегка опустила, и, хотя плакать она уже перестала, видно было, что сдерживалась от слёз с трудом.

Рома молча сел на раскладушку, схватил свою спортивную кофту и надел, застегнул молнию до самого ворота, чтобы скрыть следы на шее. Вряд ли Веру интересовало сейчас его состояние, а несчастную, замученную Алису и подавно. Но если бы женщина увидела то, что он увидел в отражении зеркала, то начала бы задавать вопросы.

Вера наверняка отнеслась бы скептически к заверениям Ромы, что урон ему нанесли во сне, несмотря на то, что другое объяснение придумать сложно. Вряд ли бы он убедил её, что кровь из носа потекла не от давления, например, а из-за того, что весьма сильный хмырь ударил его головой в нос, а следы на шее остались потому, что этот же упырь смог без труда поднять его одной рукой, вцепившись железной хваткой в горло.

В то же время Алису, уверенную, что во сне её порезало собственное отражение из зеркала, и это самым прямым образом отразилось в реальности, новость о ранах Ромы могла повергнуть в ещё более угнетенное состояние, чем было сейчас. А глядя на девушку, нетрудно было понять, что такое моральное состояние до добра её точно не доведёт.

Чтобы не усугублять ситуацию, Рома решил скрыть следы на шее. Кровотечения из носа в суматохе никто не заметил, поэтому он поспешил подбодрить Веру и Алису.

— Это будет сложнее, чем я думал, – сказал Рома, ни к кому конкретно не обращаясь. Просто чтобы начать разговор.