Книга Сеанс в Преисподней, страница 60 – Глеб Лютаев

— Ром.

— Что?

Он чувствовал тепло лица Оксаны у себя на груди и слышал сладкий аромат, исходящий от чёрных густых волос.

— Почему ты не женат?

«Потому что, по моему скромному мнению, все женщины – лживые твари».

— Я был женат, – сказал он. – Разведён вот уже больше десяти лет.

— Да ладно? – удивилась Оксана, не меняя положения. Палец на миг застыл, упёршись острым ногтем в кожу в районе пупка.

— Да, было дело. Тебе разве Артур не говорил?

— Нет.

— Это было давно. Ещё у меня есть дочь.

— Про дочь знаю. Вроде Вероника?

— Ага.

Некоторое время они лежали молча, и Рому стало клонить в сон.

— Так почему вы развелись? – неожиданно спросила Оксана.

Рома очнулся и взбодрился от внезапно раздавшегося голоса.

«Потому что ей чего-то не хватало в нашей семейной “идиллии”. Возможно, конкретно для неё третий был бы не лишним, особенно если этот третий – мой одноклассник».

— Она мне изменила.

— Да ну?

Оксана оторвалась от Ромы и села вполоборота, глядя на любовника. Обнажённое тело прикрывать не стала, и теперь он не сводил глаз с её груди. Под ключицей был набит портрет Джонни Деппа.

— Так всё и было.

— А как ты узнал?

Оксана поняла, что он то и дело кидает взгляд ей на грудь и нарочно сдвинула одеяло, прикрывавшее часть тела ниже живота.

Рома сглотнул.

— Просто заподозрил и однажды решил за ней проследить. Как оказалось, любовником был мой одноклассник. В детстве мы с ним дружили. Когда закончили школу, виделись реже. Но самое интересное то, что он даже гулял у нас на свадьбе.

— Офиге-еть… – протянула Оксана.

— Я бы применил другое слово.

Девушка помолчала, потом заговорила вновь:

— И что, ты теперь типа злой на всех женщин?

«Борщишь, девочка, но если б я сказал правду, то ответил бы: я не злой на всех женщин, люблю мать и дочь, но таких, как ты с Дианой, и прочих прошмандовок считаю классными сексуальными игрушками для весёлого времяпрепровождения и удовлетворения своих естественных потребностей. И хрена с два посчитаю иначе».

Вслух же сказал:

— Нет. Я не злой как минимум на тебя.

Оксана широко улыбнулась. Ей льстили его слова.

— Ты врёшь.

— Разве я могу врать такой красивой сексуальной девушке? – он потянул Оксану к себе и поцеловал в губы, пробежавшись рукой по телу и слегка коснувшись соска.

Послышался едва слышимый стон.

«Значит, пора».

Рома уложил девушку на спину, всеми своими действиями заставив её думать, что она не только желанна, но, возможно, ещё и любима. Он знал, чего Оксана хочет сейчас, и собирался дать ей это сполна.

Вечером следующего дня Рома сидел в кухне с Верой и Алисой. Ни чая, ни кофе пить не стал. От бокала вина, предложенного хозяйкой, решил не отказываться.

Сестра Веры не пришла, точнее Вера не позвала её. Из разговора Рома выяснил, что у них появились разногласия во мнениях, стоит ли повторять сеанс. Надежда изначально была скептически настроена к подобного рода процедурам, а после провального сеанса убедилась в своей правоте.

Вера хоть и разочаровалась в результатах, но, очевидно, разглядела огонек надежды в глазах дочери.

— Вам не помешает вино? – поинтересовалась женщина.

— Нет. В небольшом количестве помогает заснуть.

Он посмотрел на Алису.

— Алиса, – обратился Рома, – расскажи, после прошлого сеанса тебе снились кошмары?

Алиса слегка поёрзала на стуле, сделала глоток молока, обхватив кружку двумя руками, словно опасаясь выронить. Её белая футболка подчёркивала ровный цвет бледной кожи и делала выразительными зелёные, как у матери, глаза. Девушка то и дело теребила вьющуюся прядь мелированных волос, в то время как Рома кидал взгляд на маникюр кораллового цвета. Он всегда испытывал слабость к ухоженным ногтям.