Книга Параллельный фарватер. Отклонение от курса. Книга 1, страница 315 – Глеб Лютаев

Он протянул руку вперёд и вновь почувствовал, что ноги подкосились. Сейчас, когда он так близок к желаемому, им начало овладевать беспокойство. Так странно и необъяснимо вдруг потянуло обратно. В сознании неожиданно поселилось сомнение, впервые с тех пор, как он эту дверь обнаружил. До этого Виктор ни разу не усомнился, но теперь… Он хотел спросить, что ему скажет голос, но голос молчал, голос, по-видимому, покинул его.

Виктор перестал думать и гадать. Он смело схватился за ручку двери, и пальцы ощутили прохладную влагу дерева. Открыв её, мужчина почувствовал слабый запах дыма, распространяющегося от печи, в которой только начинал разгораться огонь. Он её не видел, взгляд был устремлён вниз, на свои ноги. На толстом тряпичном коврике стояли две пары обуви: большие кирзовые сапоги, поношенные и грязные, но вполне ещё приличные, и маленькие детские сапожки тёмно-зелёного цвета.

Перед ним предстали небольшие сени. В сумраке он не разглядел подробностей, которые могли бы что-то рассказать о хозяине дома, да и не они были его целью. Дальше будет ещё одна дверь, та, что ведёт в сам дом, к играющему свету свечей. Он прошёл вперёд, и она действительно возникла слева от него. Открыть дверь не составляло никакого труда. В этом и была, наверное, проблема.

Теперь, стоя перед дверью, ведущей не в сени, а непосредственно в сам дом, Виктор осознал, что не хочет больше заходить в него. Он уже ничего не хочет знать о том, что там, по ту сторону двери. Но так же ясно он понимал, что назад пути у него всё равно нет.

Виктор потянул за ручку, и дверь бесшумно открылась. Опустив голову, мужчина, стараясь не поднимать шума, перешагнул порог. Остановившись, он медленно, просматривая каждый метр деревянных, покрашенных старой коричневой краской полов, поднял взгляд. В одно мгновение всё встало на свои места, и от этого стало невероятно больно, ужасно больно. То, что было впереди, не шло ни в какое сравнение с какими бы то ни было снами и видениями прежде. То, что предстало перед ним, было РЕАЛЬНОСТЬЮ.

И эта реальность была ужасна, хотя моторист ещё не до конца понимал, почему именно.

Осмотревшись, Виктор разглядел, чем была обставлена единственная в доме комната. Слева от двери, в проёме которой он сейчас стоял, находилась небольшая металлическая кровать. Выглядела она старой, но крепкой. Застелена была тёмно-синим шерстяным одеялом с тремя чёрными полосами в ногах.

Напротив, с правой стороны стояла типичная деревенская печь, выкрашенная в белый цвет. Устроена она была так, что при желании можно было спать прямо на ней, как делали в старые времена. Далее, за печью виднелся край обеденного стола, и хотя он мог пройти к нему и рассмотреть повнимательнее – это было совсем не обязательно.

Стоя возле двери, Виктор словно почувствовал, как от печи шёл жар, хотя он знал, что огонь в ней ещё не разгорелся во всю мощь. Может, вовсе и не тепло печи охватило всё его существо, может, это было пламя приближающегося кошмара.

Впереди, в углу, прямо у противоположной стены стоял небольшой деревянный столик. На нём одиноко горела свеча, излучая неяркий свет. Свет, но не тепло. Эта свеча могла излучать только леденящий душу холод, мерзость и отвращение. И всё это было потому, что огонёк пробудил в нём что-то жуткое, что-то, что он когда-то предпочёл забыть навсегда.