Книга Неучтенный элемент. Том 2, страница 108 – Александр Вайс, А. Никл

Серебрякова стиснула зубы, понимая что не успевает, ведь уже начала терять высоту.

Навык, позволяющий ей парить требовал перезапуска. Даже с её уровнем и целенаправленным развитием способности подниматься в небо, истинный полёт был нетривиальной задачей.

Она приземлилась прямо в лес, замораживая и ломая ветви на своём пути. Потребовалось ненадолго замереть, пока навык перезаряжался. Ещё один стремительный прыжок с уже ставшей привычной перегрузкой, нивелируемой высокой по меркам мага выносливостью и живучестью.

«Активирован навык: Ледяной мир (3 ур.)».

Самое мощное умение с долгим временем запуска разворачивалось вокруг неё множеством многослойных колец магии. Сложные символы и хитросплетения нитей силы сплетались в завораживающем узоре.

Ветер свистел в ушах, кожу немного холодило выбросом силы.

Внизу что-то ярко вспыхнуло. Ужасный грохот и гул пробирал до костей. Серебряковой казалось, как будто она стоит около гигантского низкочастотного динамика, от которого содрогаются внутренности.

«Внимание, обнаружена деструктуризация пространства!»

Система редко предупреждала об угрозах. Но в этот раз даже она рекомендовала не приближаться к происходящей внизу катастрофе.

В каком-то плане Серебрякова радовалась тому, что оказалась права насчёт фиктивной смерти Исказителя. Слишком легко подставился иномирец, который оказавшись в чужом мире в кратчайшие сроки организовал сложное всестороннее нападение, бьющее максимально болезненно. Разрушение транспорта и массовое убийство самых уязвимых низкоуровневых одарённых.

«Парень казался разумным и серьёзным, хоть и явно завышал свой уровень. Но всё равно полез на превосходящего врага. Наверняка хотел доказать всем, что он сильный. Какая жалость, из него мог выйти толк, если бы ему удалось вовремя умерить гордость и спесь».

Серебрякова рассуждала о ситуации, предельно быстро активируя заклинание, высасывающее разом больше трети казалось бы бездонного резерва.

Волны силы прокатились по участку деревушки, мгновенно замораживая всё, чего коснутся. Замерзала словно бы сама реальность — всюду вырастали огромные ледяные глыбы, дышавшие могильным холодом. Даже остатки рассеивающейся энергии растворились в мощи атаки, заставив лёд растрескаться, но не остановив его рост.

Он сковал разлетающиеся обломки и пыль. Серебрякова сразу же получила длинный список уведомлений о получении незначительного количества опыта. Все убитые оказались слабаками.

«Странно, это существо должно было яростно сопротивляться заморозке».

Серебрякова недоумевала, ведь прекрасно чувствовала атаку.

Движением руки она отменила действие магии. Лёд тут же осыпался мерцающими искрами. Они могли бы создать сказочный эффект, если бы не опадали на выжженную, перекопанную землю, смешанную с раскрошенной древесиной и обломками домов.

Уцелевшие деревья, не задетые аномалией, крошились как будто облитые жидким азотом. Среди них ледяными статуями замерли изменённые и нежить. Но в эпицентре не осталось ничего живого, и оттуда исходила чудовищная сила.

Правда воронка в центре была совсем неглубокой, ударная волна даже не повалила деревья на границе пустыря. На область будто опустили дробилку, перемешавшую всё что попало в жернова аномалии.

— Значит… Исказитель взорвался при смерти? Алексей не дождался меня пары минут и убил главного врага ценой своей жизни. Глупый героизм, ты ещё много мог сделать.