Книга Неучтенный элемент. Том 4, страница 108 – Александр Вайс, А. Никл

Вернувшись к сражающимся, я увидел как все расселись на земле и тяжело дышат.

— Лёш… у тебя… методы демонические, — между вздохами сказал Сергей.

— Дайте мне часик… или два… и готов продолжить, — хохотнул маг шторма, повиснув на посохе. — Сорок третий есть.

— И у меня, — добавил Сергей.

Максим тоже промычал что-то про сороковой, закрыв глаза с видом «сейчас умру». Ещё пять минут назад рубились как берсерки, а сейчас адреналин отступил и они позволили себе упасть и расслабиться.

— Молодцы, вы выработали хорошее качество. Какими бы ни были уставшими, вы не даёте себе поблажек пока бой не закончен. Закаляете тело сверх того, что даёт система.

— Спасибо… — выдавил Олег.

— Следующий шаг — будем заставлять двигаться даже то, что умерло.

К моему юмору уже привыкли и отреагировали иначе.

— Некрофилию не одобряю.

— Или хотя бы найди нам некроманта, — поддержал его Сергей.

Мужчины стукнули кулаки друг друга, тихо смеясь. Мне нравился их настрой. Правда щадить я их не буду, как не пощадили бы твари Орды. Лучше пусть падают на моих тренировках, чем на поле боя.

Я поднял двусторонний топор здоровяка и осмотрел инкрустированные в серое лезвие алые китайские иероглифы.

— Так понимаю, работает отлично? — спросил я.

— Да… артефакторы наверное локти кусают. Это круто… — Сергей с кряхтением сел и отряхнул куртку.

Магия — это синтез структуры и вложенных смыслов, воли. Что-то было общим для всех, а что-то зависело от создателя. Видимо существовали особые языки, более сродные истинным механикам вселенной. Но гораздо проще оказалось манипулировать чем-то знакомым. При этом как можно плотнее укладывая цельный смысл в символы.

Не знаю, догадались ли китайцы, что их иероглифы вполне подходят для артефакторики, но эксперимент с топором-новоделом, который отлили из трофейного металла, прошёл вполне удачно.

Правда для моего оружия эти эксперименты уже не пригодились.

Я дошёл до Наташи, которая сидела около туши, покрытой десятком ран разной степени заживления.

— Сорок седьмой… — слабо улыбнулась она. — А ещё пассивные навыки, иммунитет к тьме и повышение регенерации.

— Вы хорошо постарались. Выходит, вся команда, кроме разведчика, теперь около сорокового и костяк под пятидесятый. Но пора возвращаться. Уже поздно, а вы едва ползаете.

К моему удивлению, рыжая тут же оживилась.

— Давай ещё один пролом. Система говорит, что выдаст награду из любого.

Я согласился. Если не надо куда-то полсотни километров бежать за наградой, то она и правда может быть стоящая. Только сначала я проверил тушу. И, обнаружив сгусток энергии тут же вскрыл её копьём. Орудуя оружием, удалось не замаравшись в крови вытащить оттуда тёмно-серый кристаллик.

— Усилитель дара тьмы… до пятнадцати процентов.

— Отдайте Акаеву, Воронов себе и так достал, — сразу решил я. Оборотень после случившегося не смог вернутся на пост лидера отряда, хотя никакой опасности для окружающих не представляет. Я же был только рад ещё одному «Витязю» кроме Дамира, который подтягивал сплочённую команду. Тем более после слияния с Богартом, оборотень овладел тьмой и стал на голову мощнее, не поднимая уровень. Всё же качество даров тоже бывает разным.

Добавим сверху присоединившегося после зачистки вокруг Ростова знакомого ещё по Уралу боевого целителя и настоящего хирурга, и выживаемость большого отряда против врагов своего уровня улетает в небеса. Правда, до окончания Таймера он задался целью вылечить всех, кого покалечили в битвах.