Книга Неучтенный элемент. Том 8, страница 120 – Александр Вайс, А. Никл

И именно такого уровня достигают средне-сильные астрархи.

Мэль повторила жестокую истину, упомянутую ещё в битве: Оркус был настоящим астрархом, но далеко не самым сильным. И переход сказался на нём очень негативно. Поэтому он был не в форме.

Бог предела вышел за рамки одного мира и свободно путешествует в обширном пространстве Истока. Это нижняя планка «совета богов», с которыми сражается Орда.

Верховный — этот тот, кто в своей божественности смог покорить некую сложную концепцию. Многогранную вселенскую силу, тем самым встав над богами предела. Таких всего несколько. В том числе Эсхарий, но не Орионей. Чтобы справится с таким потребуется несколько сильнейших теургов Непокорных.

— Большая предстоит работа, — я помассировал виски, укладывая в памяти новые факты. Мэль так и смотрела на меня, изучающим взглядом. — Тогда кто такие демоны?

Мэль хихикнула, оперев голову на руку.

— О, наконец решил узнать побольше обо мне? Давай от обратного. Что это слово означает в языке твоего мира?

— Падшие ангелы или же порождения тьмы, питаемые страданиями и страхами… — задумчиво сказал я.

— Термин подходит, — Мэль опустила плечи, погрустнела. — Когда-то я стала на путь превращения в божество. Но когда меня заклеймили предательницей, Орионей позаботился вылить на мою голову столько тьмы и негатива, что обретённая искра божественности стала демонической. Твой карманный божок тоже едва не скатился во тьму. Но ему хватило направленной лично на него веры и времени, в тот момент когда он уже был стабилен. Я тогда едва не обезумела… и когда примкнула к Орде, первые несколько миров была чудовищем, пока не совладала с голодом и яростью. Сейчас эта грань меня почти затухла. Но она никогда не исчезнет. И обычная вера меня более не питает.

Я видел сожаление на лице собеседницы, даже некий стыд за себя. Значит, определение «демоница» было не просто для красивого слова. Но так сложилась жестокая судьба.

Сейчас её образ диссонировал с недавними воспоминаниями о том, как она сражалась на равных со слугой, переполненным божественной силой.

— Мне жаль… Выходит, ты раньше была человеком?

— Когда-то настолько давно, что уже почти не помню, — ответила Мэль, не поднимая глаз. А потом тряхнула головой, как будто избавляясь от лишних мыслей. — Мы оба расслабились, но обойдёмся без сантиментов. Сейчас я та, кто есть. И нам нужно готовиться. Победа была на грани, а ты, нравится тебе это или нет, уже выступил на моей стороне. Я не знаю, когда придёт новый удар. Но сейчас хватит и одного экзарха Непокорных, чтобы уничтожить нас обоих. К счастью, никто не знает, насколько мы слабы… Пойдём проведаем твоего карманного бога. Кажется, из-за твоей активности он тоже начал просыпаться. И, не сомневайся, Орионей не закроет глаза на убийство его слуги.

Вот же засада…

Надеюсь, наши действия не приведут к тому, что вместо вторжения на Землю, её разорвёт на части битва.

[18 сентября]

Общение с Мэль было занимательным, и удивительно лёгким, при колоссальной важности вопроса союза с кем-то предавшим обе стороны. Увы, его пришлось прервать.

Из быстрого объяснения выходило, что Ифрит всё же пробудился под конец битвы. Вероятно, применение Нихилима стало необходимым толчком. Он добил Рэвена и отключился. Потому что сначала хватанул часть остаточной силы астрарха, а затем слуги бога.