Книга Двойная жизнь мисс Мэгги Стюарт, страница 45 – Александра Шервинская

Однако мне хотелось бы, чтобы ты постарался присматривать за девочкой, Конрад. Пусть она живёт спокойно, но под твоим негласным покровительством. Ты же понимаешь, что даже ради той суммы, которую я ей оставил, найдётся немало желающих обидеть малышку. Пригляди сам или оставь того доверенного человечка, о котором мы с тобой говорили, – это уж ты сам решишь. И если она и в дальнейшем покажет себя рассудительной и благоразумной девушкой, умеющей хранить секреты, то расскажи ей о Швейцарии. Не думаю, что Маргарет унаследовала способности своих родителей, хотя чем чёрт не шутит, но это не отменяет того, что она единственный близкий по крови человек, который у меня остался.

На этом прощаюсь, мой верный соратник, и надеюсь на то, что в память о нашей дружбе ты выполнишь мою просьбу. Ну а если нет, ты меня знаешь, я тебя и с того света достану! Это шутка, Конрад, не волнуйся!

Твой друг, Ворчун Кевин».

Некоторое время я сидела, уставившись в одну точку и лихорадочно пыталась собрать воедино разбегающиеся в панике мысли. Это что же такое получается?

Мой дядя Кевин, настоящий джентльмен и образец для подражания, на самом деле был совершенно другим, а благовоспитанный господин с идеальными манерами – это была всего лишь маска?! Ну а как иначе объяснить наличие в письме таких выражений, как «коптить небо», «стерва-удача», «с того света достану», «Ворчун Кевин»? Да и то, что легко читалось между строк, не допускало разночтений: и дядя, и мои родители были грабителями, причём более чем удачливыми, если те два с лишним миллиона, которые дядя мне оставил, он называет скромным состоянием. Сколько же тогда лежит в швейцарском банке?! Вот даже не уверена, что хочу это знать, если честно. Ещё в прошлой жизни я поняла: большие деньги – это большие проблемы. Соответственно, очень большие деньги, особенно нажитые таким образом, – это огромные проблемы, и надо хорошо подумать, надо ли мне это.

Нет, так не пойдёт. Нужно как-то успокоиться и попытаться систематизировать полученную сногсшибательную информацию. Наверное, хорошо, что это всё обрушилось не на ту прежнюю Мэгги, а на меня: всё-таки, несмотря ни на что, и дядя Кевин, и родители для меня были фигурами в достаточной степени условным. Да, в моём сердце жили и любовь к ним, и боль утраты, и нежность, но все эти чувства словно были размытыми, поблёкшими, не яркими. Да и психика, закалённая прошлыми проблемами, у меня была попрочнее, чем у Мэгги, и, чувствую, сейчас мне это очень пригодится!

Итак, что мы имеем…

Мои родители, Джозеф и Кэролайн Стюарт, были не археологами, а самыми настоящими грабителями, специализирующимися, судя по всему, на расхищении захоронений и древних сокровищниц. Откуда-то из глубин памяти выплыл старый разговор с отцом, когда он объяснял мне – маленькой Мэгги – откуда у него столько шрамов. Тогда отец сказал, что работа археолога очень опасна, так как раскопки часто приходится вести в непростых условиях. Мама тогда, слушая его, лишь кивала и загадочно улыбалась. Они были очень красивой парой: высокий, широкоплечий, с гривой светлых волос и яркими голубыми глазами отец и изящная темноволосая мама, похожая на хрупкую фарфоровую статуэтку. «Наводчики»… Какое ужасное слово, которое мне совершенно не хотелось связывать с родителями. Но получается, что они не погибли при обрушении стены во время очередной экспедиции, а умерли от отравления каким-то веществом, которого наглотались во время последнего дела. Я читала, что и древние египтяне, и древние китайцы устраивали в гробницах своих правителей ловушки, которые незаметно убивали тех, кто осмеливался потревожить покой умерших. Это бывали и пары ртути, и ещё какие-то отравляющие вещества, я не могла точно вспомнить, потому что тогда эта информация показалась мне занятной, но не более того. Кстати, в фильмах о расхитителях гробниц тоже что-то такое было, не то в «Мумии», не то в «Библиотекаре», сейчас уже не вспомню. В любом случае, эта отрава зацепила и родителей, и дядю Кевина, который, видимо, был с ними.