Книга Карнавал мисс Мэгги Стюарт, страница 86 – Александра Шервинская

Я встала и нервно откашлялась. Потом увидела подмигнувшего мне Алекса, машущих руками Саймона и Салли и успокоилась.

— Дорогие друзья! Дорогие жители Блайзбери! Сегодня мы с вами узнаем, кто войдёт в состав жюри литературного карнавала, которого мы все так ждём и который состоится уже через две недели. Все вы в течение нескольких недель опускали вот в этот ящик, – тут я показала на коробку, – листочки, на которых писали имя того человека, которого хотели бы видеть в жюри. Напомню, что тот, кто наберёт наибольшее число голосов, станет председателем жюри, в которое войдут ещё четверо из числа тех, кто наберёт больше голосов, ну и два человека будут в резерве, просто на всякий случай. Вопросы есть?

— Конечно, – тут же поднялась миссис Чапмен, – скажи, Маргарет, тот, кто в жюри, может сам участвовать в карнавале?

— Конечно, – кивнула я, – но вне конкурса, просто для удовольствия. Сейчас сержант Холмс пройдёт между рядами, чтобы все могли убедиться в том, что и ленты, и печати находятся в нетронутом состоянии.

— А лотерея? – спросил кто-то, кого я не рассмотрела. – Когда будут результаты?

— Заполненные бланки мы сегодня сложим в отдельный мешок, сержант Холмс его опечатает и уберёт в сейф полицейского управления, а завтра в это же время мы соберёмся здесь же и проверим бланки. Завтра же победители получат свои выигрыши, их вручит мистер Гилмер, главный спонсор нашего праздника.

— Давайте уже открывать! – послышался чей-то звонкий молодой голос. – Интересно же!

Джастин торжественно разрезал опутывавшие коробку ленты скотча и вытряхнул в здоровенный таз, позаимствованный нами в соседнем кафе, содержимое. Честно говоря, я даже не предполагала, что листков окажется столько! Они еле поместились в огромном тазу, а я ведь ещё ворчала, когда Саймон его приволок: говорила, что он слишком большой.

— Внимание! – я оглядела оживившихся зрителей. – Сейчас я буду поочерёдно брать листочки и вслух называть имя, а миссис Доршер и сержант Холмс будут записывать и отмечать, сколько раз какое имя прозвучит. Если кто-то не доверяет им, то может тоже считать, это не возбраняется. И, пожалуйста, давайте не будем отвлекаться, чтобы действительно не застрять тут до ночи.

Я взяла в руки первый листок и громко произнесла:

— Миссис Патридж.

Джастин и миссис Доршер сделали отметки на своих листках, а по губам сидевшей в первом ряду миссис Оливии скользнула довольная улыбка.

Я бросила прочитанный листок в специально поставленный рядом мешок и взяла следующий.

— Мистер Липман.

На лице мистера Липмана было такое искреннее изумление, что я невольно улыбнулась. Дальше всё пошло по накатанной и для меня лично слилось в непрерывную карусель: взять листок – прочитать имя – выбросить листок – взять следующий… и так по кругу. Через полтора часа я охрипла, и меня сменил Джастин, а я вместо него стала вписывать имена и ставить плюсики. К счастью, на его долю выпало не так чтобы много: я успела прочитать почти всё.

Даже без подсчёта голосов можно было сказать, что лидеров оказалось трое: миссис Патридж, мистер Липман и отец нашей Салли, мистер Мэрфи. За ними с небольшим отрывом следовала целая группа претендентов на место в жюри, и тут без подсчётов было уже не обойтись.

Зрители переговаривались и бурно обсуждали результаты голосования: кто-то заранее поздравлял лидеров, кто-то старательно делал вид, что совершенно не расстроен, а кто-то, как, например, миссис Колгрив, уже пытался оспорить результаты. Она начала было возмущаться, но её моментально призвали к порядку, и скандала не получилось.