Книга Бывшие. Ненависть между нами, страница 82 – Марина Мартова

Сажусь и завожу двигатель. Педаль в пол, и чёрная бэха срывается с места с низким злым рычанием.

Внутри тревога расползается с новой силой.

На Дашу запрещаю себе смотреть. Упираюсь взглядом в пустую ночью дорогу, ловлю жёлтые пятна фонарей и холодный блеск снега. Руки на руле не дрожат. Дыхание ровное, контролируемое… но внутри грёбаный ад.

А если мы не успеем?

Если не оторвёмся?

Блядь! Думать даже об этом не хочу!

Но через пару кварталов достаю из кармана телефон.

Смотрю на него секунду, приспускаю стекло и выбрасываю его в окно.

К чёрту!

Без него спокойнее.

Внутри всё распирает от напряжения.

Я постоянно отслеживаю ситуацию с погоней по зеркалам… но пока всё спокойно — хвоста нет.

Наконец, когда мы почти выезжаем из города, я позволяю себе бросить быстрый взгляд на Дашу.

Она смотрит прямо перед собой, пальцы сцеплены на коленях.

Бледная. Напуганная. Живая.

Живая!

Боже, спасибо! Живая!

Внутри словно сжатая до предела пружина болезненно разжимается, и по моим венам растекается острое и почти невыносимое облегчение.

Поддаюсь неосознанному порыву и нахожу её руку. Сжимаю.

Дашины пальцы всё ещё холодные, но она отвечает на это прикосновение. Слабо, едва заметно, но отвечает.

— Как ты? — спрашиваю тихо, хрипло.

Внутри словно колючая проволока ползёт по горлу.

Молчание застывает между нами на несколько секунд.

— Не знаю, — говорит она наконец. Голос надломленный и почти такой же хриплый, как и мой. — Никита… я ничего не понимаю.

Звук моего имени из её уст разрывает нутро окончательно. Сердце с бешеной силой молотит в груди.

Я… молчу. Чтобы потянуть время, бросаю взгляд в зеркало заднего вида.

— Кто этот человек? — продолжает задавать правильные вопросы Даша… только вот я ни черта не знаю ответов. — Никита, что происходит? Скажи мне.

Открываю рот, чтобы ответить, и вдруг в зеркале заднего вида вспыхивают фары.

Наблюдаю за тёмным автомобилем несколько секунд. Поворачиваю на перекрёстке… он едет за нами. Новый поворот и всё повторяется.

Машина позади нас держит дистанцию. Не приближается, но и не отстаёт.

Холод прокатывается по позвоночнику.

— Никита, — Даша тоже его замечает. Её холодные пальцы судорожно сжимают мою руку. — Это за нами, да?

Я не отвечаю.

Поворачиваю к ней голову.

Секунда глаза в глаза.

Сердце замирает, когда ловлю её липкий страх.

— Всё будет хорошо, — шепчу и поворачиваюсь обратно.

Смотрю на дорогу. Сжимаю руль так, что кожаная чёрная оплётка тихо скрипит.

Ещё один быстрый взгляд в зеркало.

Фары уже ближе.

— Держись.

Жму на газ.

* Никита *

— Держись.

Жму на газ.

Бэха низко, злобно рычит и бросается вперёд, разрывая темноту яркими фарами. Город быстро размазывается за стеклом — жёлтые полосы фонарей, белые сугробы, машины и спящие дома смазываются в одно мутное разноцветное пятно.

В зеркале горят фары преследователей.

Ближе. Ещё ближе.

Я направляю бэху вперёд и стараюсь не думать о том, сколько их сейчас в той машине и вооружены ли они.

Сейчас главное — оторваться и не дать им вырвать у меня Дашу!

Снова — ни за что!

Выворачиваю на широкий проспект, и бэха послушно ложится в поворот. Аккуратно, плавно, почти нежно, как будто понимает, что сейчас не время для ошибок. А потом снова рвётся вперёд. Двигатель воет на высоких оборотах, а салон наполняется острым запахом опасности и адреналина.