Книга Измена. Сын от любовницы, страница 33 – Яра Славцева

Яна смотрела на меня внимательно. Слишком внимательно.

— Вот поэтому всё и рухнуло, — сказала она уже тише. — Потому что ты правда хотел его.

Я поднял глаза.

— Да.

Она кивнула.

— Я знаю.

В её лице вдруг исчезла вся колючесть. Осталась только усталость женщины, которая родила, влюбилась не туда и теперь слишком рано вынуждена смотреть правде в лицо.

— Ты не любишь меня, — произнесла она спокойно. Не вопросом. Фактом.

Я молчал. И этим ответил. Яна прикрыла глаза, потом открыла снова.

— Тогда хотя бы не ври мне дальше. Ни про нас. Ни про неё. Ни про себя.

Я смотрел на ребёнка. И впервые за всё это время отчётливо понимал: этот мальчик — не решение. Не триумф. Не спасение. Это новая жизнь. А вокруг неё уже слишком много лжи.

ГЛАВА 16

ГЛАВА 16

Анастасия

Запрос в старую клинику я отправила в тот же день. Официально. Через почту. Через кабинет пациента. С копией юристу, которого посоветовала Лена. Я больше не собиралась никого предупреждать лично. Ни просить. Ни надеяться на добрую волю. Если у меня есть право на мои медицинские данные, я их получу. Через три часа мне пришёл сухой ответ: «Архив будет подготовлен в течение пяти рабочих дней.» Пять дней. Кажется, никогда в жизни пять дней не выглядели так угрожающе. Я отправила письмо врачу из новой клиники, приложила всё, что уже смогла найти, и поехала смотреть квартиру. Лена права: у неё я могу переждать неделю. Но не месяц и не полгода. Мне нужен свой воздух. Свои стены. Пространство, в котором не будет ни Максима, ни моей прежней роли, ни даже сочувствующего семейного тепла, от которого тоже устаёшь, когда рана слишком свежая.

Риелтор показывала мне светлую квартиру в новом доме с окнами во двор. Простая, тихая, с деревянным полом, светлой кухней и пустой гостиной. И я вдруг так ясно увидела себя здесь одну, что внутри болезненно сжалось. Одну. Без его графика. Без его ключей на тумбе. Без его рубашек. Без его голоса из кабинета. Без его руки на моей спине. Без его тела в темноте. Я отвернулась к окну. Вот что самое жестокое в расставании не с нелюбимым человеком, а с тем, кого всё ещё любишь: ты теряешь не только боль. Ты теряешь зависимость. Ритм. Мышечную память. Свой внутренний климат. Мне всё ещё хотелось его ненавидеть чисто, без остатка. Но правда была в другом. Я скучала. По тому Максиму, которого, возможно, никогда не существовало полностью. По его тяжёлому молчанию рядом в машине, которое когда-то казалось надёжностью. По редким вечерам, когда он приходил раньше и вдруг, неожиданно для самого себя, позволял мне класть голову ему на плечо. По ночам, когда в темноте он становился почти другим. По тому, как однажды зимой сам застегнул мне сапог, потому что я потянула спину, и сделал это с таким раздражённым, смущённым видом, будто забота — слабость, которую он себе простить не может. Любовь никогда не уходит красиво. Она уходит с кусками тебя.

— Вам нравится? — осторожно спросила риелтор.

Я повернулась.

— Да. Оформляем.

Сказала и почувствовала, как внутри щёлкнуло что-то важное. Оформляем. Новую квартиру. Новую жизнь. Новую себя. Не завтра. Сегодня.

Вечером я сидела на полу в полупустой кухне у Лены, когда пришло сообщение от неизвестного номера. «Ваша заявка на аренду подтверждена. Подписание завтра в 11:00.» Я перечитала дважды. Потом положила телефон рядом и прислонилась затылком к шкафу. Странно. Раньше такие вопросы всегда проходили через Максима. Договора. Банки. Юристы. Объекты. Проверки. Он всё держал в руках, и я долго считала это заботой. Только теперь начала понимать: когда один человек берёт на себя всю архитектуру жизни другого, второй постепенно утрачивает не только нагрузку. Он утрачивает навык выбирать. Я налила себе воды.