Книга Лучше меня не найдешь, страница 13 – Елена Левашова

Олег не просто предал меня. Он обворовывал меня, планируя выкинуть на улицу, оставив ни с чем.

— Нет, – говорю я тихо.

— Что «нет»? – не понимает адвокат.

— Никаких сделок, – поднимаю я на него взгляд. – Я хочу, чтобы вы использовали это и уничтожили его. И я хочу подать заявление в полицию, прокуратуру, ФСБ… Пусть его затаскают на допросы.

— Будет сделано, но… – пожимает плечами Марк Захарович, намекая на увеличение гонорара.

— У меня есть накопления, я оплачу вашу работу.

Глава 8.

*Кира*

Господи, это же просто… дно… Теперь мне кажется, что измена – цветочки по сравнению с тем, что сотворил Олег. А, может, Лена знала обо всем? Скорее всего, да…

Ее покойный муж был игроком и частенько водился со странными людьми из криминального мира… Неужели, она свела и Олега с ними?

Вылетаю из офиса Вайнштейна, не чувствуя ног… Мне плохо, воздуха не хватает… Как он мог? Это же так много… Десять миллионов… Как он провернул все это? Неужели в одиночку?

Падаю на переднее сиденье машины Светы и хлопаю дверью.

— Свет, поехали… Это кошмар… – шепчу я, глядя в одну точку.

— Кира, ты белая как стена. Что он нашел? – Света заводит мотор, с тревогой поглядывая на меня.

— Он заложил квартиру, Свет. Десять миллионов. Подделал мою подпись еще полгода назад. Он влез в какую-то логистическую схему, серый импорт или черт знает, что еще. Олег поставил наш дом под удар, он готовился. Он все это время строил запасной аэродром…

Света резко бьет по тормозам, останавливаясь на светофоре.

— Что?! Олег? Этот правильный, занудный Олег, который чеки из супермаркета хранит три года? Подделал подпись?! Кира, это же… это срок. Это реальный уголовный срок!

— Именно, – горько усмехаюсь я. – Вайнштейн сказал, что я могу потребовать у Олега добровольно выплатить мне половину в обмен на мое молчание… Но… Я хочу его уничтожить, Свет!

— Подумай, Кир… Ты потеряешь уйму времени. Мишу могу признать погибшим, тогда… все… Сама понимаешь, никто не станет подключать к поискам мертвеца людей. Пока он числится пропавшим без вести, у нас есть шанс.

— Я тоже подумала об этом, – со вздохом отвечаю я. – Марк Захарович сказал, что они без меня справятся. Мое присутствие на заседаниях не требуется. Его услуги стоят очень дорого, Свет… Придется распрощаться со всеми накоплениями ради справедливости.

— Все равно нужно все хорошенько взвесить.

Телефон непрерывно вибрирует в сумке…

«Олег», «Олег», «Мама», снова «Олег». Я не отвечаю… Вайнштейн приказал с ними не общаться – я выполняю требование… Время разговоров по душам прошло… Пусть теперь мой благоверный гадает, почему его счета внезапно заблокированы?

Проходит три дня. Живу я у Светы, хожу на работу, самозабвенно выполняя обязанности и заполняя протоколы.

Утро четвертого дня начинается не с будильника, и уж, конечно, не с кофе, а с бешеного грохота в дверь. Кто-то лупит по металлу кулаками и, кажется, ногами.

— Кира! Открывай, я знаю, что ты там, крыса подвальная! – визжит Лена.

Я вскакиваю с дивана. Света выбегает из спальни, кутаясь в халат.

— Это что, Лена? Она с ума сошла?

— Открой, – произношу я холодно. – Пора заканчивать этот цирк.

Света поворачивает замок, и Лена буквально вваливается в прихожую. Она выглядит отвратительно: тушь размазана по щекам, волосы всклокочены, пальто накинуто прямо на домашние штаны. Но в ее глазах – не раскаяние, а злоба.