Книга С Новым годом тебя, любимый!, страница 11 – Галина Колоскова

— И не говори! – ответила Света, смежая веки «навсегда» успокоенного.

— Всё, не могу больше разговаривать, – заторопился рыжик. – Настюха зовёт.

Потом перезвоню.

— Хорошо, люблю и с нетерпением жду звонка. Чмоки-чмоки, – радостно согласилась «уставшая» врачиха и сбросила вызов.

Глава 6

— Дурдом… Сюси-пуси… – Фролов нажал кнопку лифта. – Со мной ты так не возилась.

— Уф! Действительно, умоталась я бегать и врать, – пробормотала Света и, обернувшись, добавила: – Что сравнивать? Тогда всё было по-другому. Я становлюсь старше и мудрее с годами, почти как сова.

— Скорее, как курица, – возразил капитан. – Наседка.

Лифт дёрнулся и поехал вниз.

— Куда мы сейчас? – поинтересовалась «мудрая курица»

— В морг, как и положено примерному трупаку. Скоро там и другой окажется. Мне проще потом отсюда их оптом вывезти. Договорился уже, не волнуйся. – Тимофей указал взглядом на живот Прони: – Это вредно в твоём положении.

И неизвестно, чего в его голосе было больше: заботы, тоски или отчаяния.

— Прости, что не сказала раньше, – всё, что она смогла выдавить в ответ.

— Он знает? – Не нужно было имён, чтобы понять, о ком идёт речь.

— Пока нет, но сегодня скажу. Это мой для него подарок на новый год.

— Самый лучший подарок… – Тимофей лишь на секунду представил, что это ему она говорит на ушко признание о ребёнке в праздничную ночь. Насколько сильно был счастлив узнать о втором малыше в… их семье…

Светлана будто прочла его мысли во взгляде. Она выгнула ноздри и ответила резко, словно ставя в вину:

— Тебе виднее: ты у нас дважды папочка. Кстати, как там дела у Дениса? Не болеет?

Он усмехнулся, заметив румянец, красными пятнами проступивший на щеках брюнетки. «Лучшая защита – нападение!»

— Всё нормально! – так же громко ответил капитан. – А вот с дочкой хотел бы видеться чаще.

— У неё есть отец и очень заботливый, в отличие от некоторых. – Она усмехнулась. – Он всегда рядом с нами, а не развлекается по ночам с гарнизонными шлюхами.

Блондин пожал плечами, проговорив уже совсем другим тоном:

— Ну да, как скажешь. Ты у нас всегда всё знаешь и одна за всех всё решила.

Света толкнула в него тележкой, сорвавшись на крик:

— Прекрати переливать из пустого в порожнее! Хватит мучить меня и себя, смирись, как сделала это когда-то я, и живи дальше своей жизнью!

Он с сожалением смотрел в красивое лицо разгневанной и в то же время растерянной женщины.

— Я так и делаю, только получается с трудом. Прости…

Она стащила с плеч халат и, не сворачивая, комом затолкала в металлический чемоданчик, успокаивая ярость движениями. Следом полетели парик и линзы.

— Мне было трудно тогда, понимаешь? Очень трудно, но ты сам выбрал такую судьбу, и нечего теперь давить на меня чувством вины. Ты снова касаешься запретной темы.

Ей хотелось сказать: «И рвёшь мне сердце». Однако выглядеть слабой она позволить себе не могла, и поэтому выкрикнула:

— Не о том нам нужно думать сейчас!

— Прости, – повторился Тимофей. – Я всё понимаю, но отпустить не могу. Доведём до конца это дело и, наверное, уеду подальше из Москвы. – Он с мольбой смотрел в карие глаза: – Только дочке подарки мои передавай. Я всё-таки крёстный её как-никак. Пусть знает меня хоть таким, но отцом.

— Обязательно, – Светлана вымученно улыбнулась. – Настя просила на праздник щенка. –Предложила она с трудом борясь со слезами. – Если хочешь, купи и сам завези.