Книга Леди Бланш и мистер Грей, страница 20 – Арсений Либис

— … весь порт вверх дном перевернули, а этих двоих как ветром сдуло.

— Найдутся. Двадцать гиней — хорошая приманка.

Троица вжалась в узкую щель между старым складом и каменной оградой. Гидеон закрыл собой Робин и Финна, прижав их к холодным кирпичам. Сердце колотилось где-то в горле. Шаги приближались. Свет фонаря скользнул по стене всего в двух футах от лица Гидеона.

Один из стражников остановился прямо напротив их укрытия, тяжело дыша.

— Чёртова ночь… — пробормотал он и сплюнул. — Показалось.

Они пошли дальше. Только когда голоса окончательно стихли вдалеке, троица позволила себе выдохнуть. Они свернули в квартал старых усадеб. Особняк Гринвудов неожиданно оказался почти на пути — высокая стена, увитая плющом, и знакомые очертания готических окон. Именно там, в небольшом садике за стеной, они и увидели его.

Тристан Виндфорд стоял в круге света от масляного фонаря. В левой руке он крепко держал за шкирку большую белую кошку. Та отчаянно извивалась и жалобно мяукала.

— Признавайся, порождение ада! — голос Тристана дрожал от холодной ярости. — Я читал, я знаю! Все кошки — слуги дьявола!

Кошка мяукнула ещё жалобнее, почти по-человечески. Тристан правой рукой достал из-под кафтана тяжёлый серебряный амулет. Он попытался прижать его к мордочке кошки. Бланш отчаянно ударила лапой и закричала от боли. В воздухе явственно стал слышен запах паленой шерсти, амулет обжег ее конечность. Гидеон покраснел от гнева и дернулся вперед.

— Гай… — Робин схватила его за рукав, но было уже поздно.

— Отпусти её! — рявкнул Гидеон, перемахивая через невысокий участок стены.

Тристан резко обернулся. Кошка воспользовалась моментом. Она дернулась изо всех сил, вырвалась и, сильно хромая на обожжённую переднюю лапу, метнулась в кусты.

— Ты! — процедил Тристан, выхватывая шпагу. Клинок хищно блеснул в свете фонаря.

Гидеон замер. У него не было шпаги, она потерялась ещё во время бегства от охотников за наградой. В его руке была только крепкая трость с тяжёлым серебряным набалдашником.

Тристан побагровел от гнева:

— Трость, серьезно? Да как ты смеешь!

— У моего тезки Гидеона было всего триста воинов, но он побил врага, — откликнулся юный джентльмен.

Тристан сдержал ругательство и бросился в атаку. Выпад был острым, с обманным движением кисти. Гидеон едва успел отклониться, чувствуя, как сталь разрезала воздух у самого уха. Тристан не давал передышки. Следующий удар снизу вверх, потом быстрый перевод и колющий в грудь. Гидеон парировал тростью, но сила удара отдалась болью в запястьях.

Гидеон начал работать активнее: круговым движением отбил клинок в сторону, сделал шаг вперёд и попытался достать Тристана наконечником в висок. Тот ловко ушёл вбок и ответил серией быстрых уколов. Один из них всё-таки зацепил Гидеона, жгучая боль прошла по левому предплечью.

Робин тихо выругалась из-за стены, но не вмешивалась, понимая, что сейчас любое лишнее движение может всё испортить. Гидеон поймал момент. Когда Тристан сделал очередной выпад, он применил классический приём: резкий батман тростью по клинку, перевод и мощный удар снизу по запястью. Шпага Тристана вылетела из руки и, описав дугу, воткнулась в землю в нескольких шагах.

Не давая противнику опомниться, Гидеон подсёк ему ногу, повалил на спину и прижал сапогом к груди, уперев тяжёлый кончик трости прямо в горло. Тристан смотрел на него снизу вверх, тяжело дыша, с перекошенным от ярости лицом. Гидеон, стараясь унять сбившееся дыхание, произнёс: