Книга Предатель. Оклеветанная Жена. Книга 2, страница 71 – Алиса Лаврова

Замечаю, что плечи его как будто расправляются, а смотрит он вперед более уверенно. Дыхание становится ровнее, хрип в легких почти исчезает.

— Сколько найдем, все будет наше, — бросает он мрачно. — Я думаю, что вчера, после завала на нижних уровнях, сверху открылись новые проходы. Там еще никого не было, стоит отправиться туда и проверить.

В его голосе остается только деловитость, опыт старателя с многолетним стажем и больше ничего. Я знаю, что он продолжает ненавидеть Дару, но предпочитает держать это глубоко внутри. Выживание у него на первом месте. Только поэтому он и выжил.

Несколько мгновений раздумываю. Стоит ли рисковать и соваться в неизведанные области? У меня были совсем другие планы. Но уверенный взгляд и решимость Рольфа толкают на риск.

«Что ты думаешь?» — спрашиваю я Змея.

Но Змей безмолвствует. Мне нужно принимать решение самой.

— А ты, я вижу, стал пободрее, — подначиваю я Рольфа так, как это сделала бы Дара. — Мне такой Рольф больше нравится. Показывай, куда идти.

Он только кивает и, ничего не отвечая, прихрамывая, ведет меня за собой в глубину подземного лабиринта.

41

Рольф ведет меня по извилистым тоннелям с уверенностью человека, который знает эти ходы наизусть. Его хромота почти незаметна теперь — переданная мной сила делает свое дело. Он движется бесшумно, как призрак, каждый его шаг выверен и точен.

В этой части рудников я еще не была. Стены здесь другие — более древние, покрытые странными узорами, которые могли появиться как естественным путем, так и быть высечены чьими-то руками тысячи лет назад. Воздух становится плотнее, насыщеннее. В нем витают запахи, которых нет в обычных шахтах — металлический привкус, сладковатый аромат неизвестных минералов, что-то едва уловимое, но тревожащее.

Благодаря помощи Змея я отчетливо вижу в стенах жилы красных камней — не слишком богатые, всего по нескольку штук. Они мерцают сквозь породу, как капли застывшей крови. Но я не решаюсь остановить Рольфа. Понимаю — сегодня нам нужно найти большую жилу, куда больше этих мелких вкраплений, чтобы выполнить невыполнимое.

Рольф останавливается у развилки, изучая три прохода. Он внимательно осматривает каждый вход, ноздри раздуваются, словно он принюхивается к воздуху.

— Здесь, — он указывает на левый ход. — Воздух другой. Свежее.

Мы углубляемся дальше. Потолок становится выше, стены расширяются. Временами нам приходится карабкаться по осыпям, перепрыгивать через трещины в полу. Рольф помогает мне, не говоря ни слова, его сильные руки подхватывают, когда я оступаюсь.

Спустя полчаса мы, наконец, доходим до свежего пролома в стене. Камни вокруг отверстия острые, с блестящими гранями — разлом произошел недавно. Память Дары услужливо подсказывает — раньше этого прохода точно не было.

Рольф останавливается, изучая пролом. Его лицо напряжено, в глазах читается внутренняя борьба.

— Этого пролома раньше не было, — в его голосе звучит волнение. — Нужно проверить

Борюсь с внутренним сопротивлением. Может ли Рольф ударить Дару в спину, а потом бросить здесь умирать? Изучаю его лицо в желтом свете фонаря. Усталость, боль, но не предательство. Если я что-то понимаю в людях, Рольф не такой человек.

— Я пойду, мне будет проще, — бросаю я и начинаю карабкаться вверх.