Книга Королевство Крамтон, страница 51 – Тали Аксандрова

Гнед был сыном горшечника. Жена горшечника давно не вставала с постели из-за болезни и вскоре после появления Гнеда умерла. Вскоре нищий горшечник неожиданно для всех купил добротный дом и маленький сад. Совсем на другой, не на ремесленной, улице. Этот дом был недалеко от нашего поместья, именно поэтому мне приходилось то и дело сталкиваться с маленьким Гнедом.

Я задумалась и пропустила момент, когда Гнед протянул руку через стол и схватил мою. Вздрогнула и вырвала руку.

— Ну, ну, дорогая, — заулыбался Гнед перепачканными едой губами. — Не стоит так дичиться. Мы здесь одни.

— Я..Я устала, и мне все еще плохо, — сказала, вставая из-за стола.

— Понимаю, — подскочил Гнед. — Этот состав кого угодно уморит. Сегодня ты отдохнешь и вымоешься как следует. А завтра ты будешь радовать меня. И я сам выберу тебе платье.

Он схватил меня за плечи и вытолкнул из столовой. Мы снова оказались в блестящей комнате, где Гнед бросился к платьям, сорвал одно из них, усыпанное жемчугом, и преподнес мне.

— Ну, примерь же скорее! — попросил он и обежал мою фигуру взглядом.

Я не двигалась. Гнед шагнул ко мне и вцепился в мою одежду.

— Примерь! — потребовал он. — Иначе я сорву это с тебя сам. Ты много воображаешь о себе, Алисия. Твоя мать была ничтожеством.

Я вспыхнула и ударила его по щеке. Второй удар он перехватил, сжал мои руки и заговорил злорадно:

— Она была несчастным заморышем, отродьем какой-нибудь грязной кухарки, подкинутым под забор знатным людям. Дронивилам. Ты ведь знала об этом?

Чем сильнее я пыталась вырваться, тем сильнее сжимал мои руки Гнед.

— Я! Я настоящий сын Дронивила! — выкрикнул он.

Должно быть, вид у меня был такой ошеломленный, что Гнед невольно рассмеялся и ослабил хватку.

— Вижу, ты и правда не знала, Алисия, — он отпустил мои руки и стал ходить по комнате. — У Дронивила тогда заболела жена. А ее молоденькая сиделка была очень, очень хороша. Так я и родился. Но Дронивил не решался признать меня, ведь его жена была так больна!

Гнед остановился и гневно сверкнул глазами.

— Больна, да, — продолжил он, — мерзкая старуха! Моя мать все ей сказала. Только выбрала неудачный момент. Как раз зашел Дронивил, все услышал и умер. Тогда моя мать — а что ей оставалось — бросила меня в доме Дронивилов и уехала к родне. Там она заболела и умерла. Она ведь была уверена, что меня примут. Но мерзкая старуха, вдова Дронивила, вдруг выздоровела и отдала меня горшечнику. Совесть ее все же мучила, и она дала ему внушительную сумму. Это были мои деньги, Алисия! Горшечник потратил их все. А потом старуха Дронивил оставила все не мне, кровному наследнику Дронивилов, а твоей безродной матери!

Он сдвинул брови, сверкнул глазами и снова шагнул ко мне.

— Гнед, ты обещал, что все будет завтра. Сегодня я плохо себя чувствую и плохо выгляжу, — сказала я спокойно, хотя внутри меня все кипело и хотелось выцарапать его глаза. — Мне бы не хотелось испортить впечатление.

Он улыбнулся и кивнул.

— Как скажешь, Алисия, — растянул губы он, — завтра мы восстановим справедливость.

Я получила отсрочку, но не избавление. И ближайшие часы собиралась потратить не на сон, а на освобождение. И было очень кстати, что Гнеда вызвали к верховному жрецу. Об этом возвестил гул, разошедшийся по всей Серой горе. Гнед сразу засуетился, побросал все дела и помчался на зов. Но дверь он при этом не забыл запереть.