Книга Я вернулась, чтобы сжечь его дом. Том 2, страница 68 – Наталья Бутырская

Четвертый принц от крика сорвал горло и захрипел. Тогда Сюэ Сюэ смог ответить:

— Вернувшийся стрелок сказал, что девица уворачивалась похлеще любого воина. Только первая стрела пронзила ее плечо, а потом она изгибалась и прыгала, как угорь на сковороде. Вероятнее всего, душевный зверь наделил ее способностью чуять опасность. К сожалению, в Линьцзин медовых ласок больше не привозили, и мы до сих пор не знаем, что они дают своим хозяевам.

Перепуганная служанка поднесла теплой воды Юн Ченю, тот залпом выпил и хрипло сказал:

— Она должна умереть. Делай что хочешь, но девка Ли должна сдохнуть. Если бы ты тогда на ней женился, я бы сейчас был на полпути к трону! И выпрямись уже, смотреть на тебя тошно.

Сюэ Сюэ медленно разогнулся, подошел к столу, налил в чашу разогретого вина и выпил.

Хорошо, что он заранее купил этот домик, как раз для подобных разговоров с четвертым принцем. С бешеным нравом Юн Ченя не стоило рисковать, встречаясь в закрытых комнатушках трактиров, не настолько там толстые стены.

— Ты меня слышал? — принц попытался прикрикнуть, но сорванное горло выдало лишь сиплый писк. — Убей проклятую девку!

— А как? — Сюэ Сюэ опустился на диванчик и принял вальяжную позу.

Он не боялся Юн Ченя с его приступами гнева. У четвертого принца было всего одно достоинство — он родился сыном императора. Без Сюэ Сюэ он как старая шавка: брехать может, а укусить нечем.

— Теперь она нос не высунет за ворота — укушенный змеей десять лет веревки боится. Ли Вэй усилит охрану поместья. Как ее убить? Подкупить служанку? Заплатить охраннику? Всё это требует времени и немалых средств. К тому же сама по себе девица Ли не стоит и единой монеты.

Юн Чень резко обернулся и засипел на Сюэ Сюэ:

— Не стоит? Один ее Павильон зарабатывает столько серебра, сколько нет даже у меня, сына императора!

Сюэ равнодушно пожал плечами. Дворцовые интриги и государственные перевороты всегда стоили дорого. Они выжали досуха кошели четвертого принца и его деда по материнской линии, сам Сюэ Сюэ немало вложил в этого глупца.

— Господин четвертый принц забывает про основного виновника, сорвавшего наш план.

— Мой никчемный девятый братец! Как только они вообще снюхались? Братец избегает политики всеми силами, да и торговля ему не интересна. Где он мог столкнуться с этой девицей?

— Это не столь важно. Важно, что в глазах императора они уже связаны друг с другом. Ведь именно девятый принц потребовал признания заслуг девицы Ли. Если мы не можем дотянуться до вазы, почему бы не сломать под ней столик?

— Если убить девятого брата… — засомневался Юн Чень.

— Не убить. Оговорить, подставить, оклеветать! Пусть император сам его накажет. После этого заслуги девицы Ли также станут пустым звуком. Более того, вся семья Ли окажется под ударом.

Четвертый принц вмиг оживился, на его бледном лице проступили яркие пятна, а глаза заблестели.

Сюэ Сюэ смотрел на своего подопечного с легкой улыбкой, хотя презирал его до глубины души. Будущий император может быть гневливым, щедрым, милостивым и яростным, но он никак не должен быть мелочным. Юн Чень вечно хватался за ветки, забывая о существовании целого дерева.

— Может, подложить под него девицу из знатной семьи? — предложил четвертый принц. — Подсунуть средство для разжигания огня и закрыть с девицей в одной комнате! У него даже наложницы нет, огонь, наверное, давно полыхает под углями.