Онлайн книга «Инфер 11»
|
Это из веселого. А грустное было в конце регулярного сообщения, проговариваемого спокойным равнодушным чуть лязгающим голосом: там сообщалось, что если тот самый особый гость будет убит, то данная территория с уникальным особым статусом полной независимости под кодом О17−11–7796-ЭЛГКА-30.2 данный статус потеряет, перейдя в разряд регулируемых и находящихся под постоянным контролем Управляющих. Какая именно из Управляющих возьмет под свой контроль данную территорию будет решено отдельно Управляющими двух территорий, чьи границы проходят к северу и югу от Белой Башни. Метод решения территориального спора они изберут сами — вплоть до боевых методов до пятой категории, но не выше. Это все? Нет. Было еще одно постоянно добавляемое в конце оповещение предложение, где четко и ясно говорилось, что если поступит полностью достоверная информации о смерти Колдуна Белой Башни по любой причине и независимо от того, где бы он не находился, случится ровно то же самое — потеря особого территориального статуса и переход под контроль Управляющих. То есть кто бы колдуна не прихлопнул и даже если они не при делах — все равно пострадают. И медузы знают как это отразится на жизни простого люда, а вот верхушку явно того… попрут… Опять же еще Управляющие тут дележ устроят каким-то особым боевым методом. Так что четыре раза в год, раз в три месяца, в Башне замирают в ожидании утреннего сурового гласа, понимают, что сообщение не исчезло и не изменилось и… буйно празднуют сие постоянство до следующего утра, что знаменуется диким похмельем и радостным настроением. Отрадно ведь сознавать, что все в порядке… — Кто они такие вообще эти Управляющие? — свистящим шепотом осведомился Зуброс, вернув себе часть былой невозмутимости и уверенности в себе. — Разумные машины — ответил я и лифтовая кабина с лязгом остановилась. — Кто⁈ — Разумные машины — за меня повторила Ссака — Искусственный интеллект. — Чего⁈ Закатив глаза, Ссака сердито выдохнула: — Вот ведь аборигены… солнечные и счастливые… Двери раздвинулись, прервав беседу и я первым шагнул за порог. Обогнавший меня ветеран зашагал в стороне у стены, явно ощутив, что это не понравится вышедшей за ним светловолосой наемнице, но расспросы не прекратил. — А что за статус такой, сеньор Оди? Территориальный который… Мы шли по знакомому мне короткому и широкому коридору с грубо оштукатуренными бетонными стенами. Пол выложен из толстых плит, в нем частые борозды там, где в прошлом были выложены керамической мозаикой и металлической проволокой цветовые указующие символы и целые слова. Детьми мы выковыривали их, ползая здесь целыми днями и ковыряя пол однозубыми вилками, гнутыми столовыми ножами, стеклянными осколками и вообще всем, что попадется под руку. Возможно, именно здесь я впервые в жизни увидел того жилистого насмешливого чернокожего старика… Что-то колышется призраком в пустой голове. Что-то зыбкое всплывает… Мы плотной гурьбой сидим на полу, ковыряем борозды, я радуюсь безмерно, потому что сумел выдернуть из ложа целую керамическую рыбку ярко-зеленого цвета — на зависть все остальным. Оборачиваюсь, утираю сопли под носом и удивленно моргаю, увидев стоящего там у лестницы старика с большим рюкзаком у ноги. Он поднялся на вершину небоскреба пешком — лифт в то время не работал. |