Книга Абсолютная власть 5, страница 118 – Александр Майерс

Этот «прорыв любой ценой» был сутью их миссии. Они не должны были высадиться и завоевать архипелаг. Их задача была иной, о которой знали лишь командиры: быть приманкой. Самой большой, самой шумной, самой дорогой приманкой в истории. Оттянуть на себя как можно больше сил Мортакса, создать видимость главного удара, заставить его смотреть на море, в то время как настоящий удар будет нанесён с другой стороны.

И это работало. Никита чувствовал это по ярости атак, по тому, как из туманной дали самого архипелага продолжали выплывать и вылетать новые волны тварей. Мортакс клюнул. Он видел армаду, угрозу своим берегам, и бросал на её уничтожение всё, что мог. А это означало, что где-то там у Владимира было чуть больше шансов.

Ещё один удар потряс корабль. На сей раз сверху. Что-то массивное и липкое шлёпнулось на кормовую башню, заставив механизмы поворота скрежетать и дымиться. Солдаты на палубе открыли по твари бешеный огонь из всего, что было.

Никита оторвался от наблюдения и взглянул на картографический стол. Они уже вошли в зону, обозначенную на картах как «зона нестабильности». За бортом не просто плавали монстры. Сама реальность здесь была больна.

Иногда прямо по курсу, без видимой причины, возникали водовороты, закрученные против всех законов физики. Столбы тумана внезапно становились твёрдыми, как камень, и корабль, на полном ходу врезавшийся в такой, получал повреждения, будто ударился о скалу. Небо то и дело пронзали молнии неестественных цветов — лиловые, изумрудные, чёрные.

— Маги экранирования на пределе! — доложил офицер, отвечавший за магическую защиту корабля. — Эти аномалии высасывают энергию из щитов!

— Держите, сколько сможете! — крикнул Никита.

Он понимал, что каждый потерянный здесь корабль, каждый погибший солдат — это не просто статистика. Это цена, которую они платили за то, чтобы Владимир получил свой шанс. И цена эта росла с каждой минутой.

Внезапно самый мощный крейсер эскадры, шедший в авангарде, окутался ослепительным светом. Казалось, само пространство вокруг него сжалось, а затем разорвалось. На секунду корабль исчез, замещённый клубком искажённого света и теней, а когда свет рассеялся, от него осталась лишь дымящаяся, оплавленная груда металла, медленно погружающаяся в воду. Попадание неведомой магической аномалии или целенаправленный удар откуда-то из глубин архипелага.

На мостике «Петропавловска» повисла гробовая тишина. Гибель такого корабля с сотнями людей на борту… это был чувствительный удар.

— Курс прежний, — тихо сказал Никита, ломая эту тишину. Он не мог позволить сомнению или отчаянию проникнуть в команду. — Мы знали, на что идём. Они тоже знали, — он кивнул в сторону тонущих обломков. — Их долг выполнен. Наш — продолжать.

Армада, хоть и поредевшая, продолжала двигаться вперёд. Она уже втянулась в самую гущу архипелага. Острова из чёрного базальта и искажённой реальности мелькали по бортам. Здесь атаки стали ещё ожесточённее. Казалось, каждый клочок земли, каждый камень был против них.

Никита смотрел на это безумие, на своих гибнущих людей, на корабли, превращающиеся в факелы, и мысленно обращался к своему другу детства, к человеку, который теперь был императором.

«Вот, Владимир. Мы отвлекаем их. И будем делать это столько, сколько можем. Мы оттянули на себя всё, что смогли. Теперь вся надежда на тебя. Сделай, что должен. Покончи с этим. Покончи с ним ради всех нас».