Книга Абсолютная власть 5, страница 6 – Александр Майерс

Анастасия глубоко вздохнула, выпрямилась, и её взгляд снова стал твёрдым и ясным.

— Хорошо, — тихо, но чётко сказала она. — Поедем.

Я кивнул, не удивляясь её решению. Кажется, я и не сомневался в нём. Взял девушку под локоть и повёл к своему вагону. Носильщик, не моргнув глазом, принял её крошечную дорожную сумочку.

Через пятнадцать минут имперский экспресс плавно тронулся с места. Я стоял у окна и смотрел, как Владивосток медленно уплывает назад, превращаясь в скопление дымящихся труб и блёклых крыш.

Рядом со мной, у другого окна, стояла Анастасия, и её лицо, озарённое утренним солнцем, выражало целую гамму чувств — от лёгкого страха до восторженного предвкушения.

Впереди лежали много дней пути. Бескрайние леса, степи, города огромной империи. А в конце этого пути — Санкт-Петербург. Город, где решались судьбы миллионов. Город, где мне предстояло сокрушить врагов и найти союзников.

Я чувствовал, как в груди закипает волнение. Не страх, а готовность. Предвкушение большой игры, где ставки были выше, чем когда-либо.

Сейчас, глядя на убегающий город и на юное, смелое лицо девушки рядом, я чувствовал себя не бароном, защищающим свои земли, а тем, кем мне и было суждено стать — игроком, садящимся за главный стол империи.

Игра начиналась. И я был готов сделать свой ход.

Расколотые земли

Боль стала его постоянным спутником. Тупая, ноющая — в мышцах, острые спазмы — в рёбрах, где пуля пробила магический щит. Но хуже всего была та, другая боль — глубинная, в самой душе.

Зубр сидел на краю пропасти и смотрел на то, что осталось от его армии. Вернее, от того, что Мортакс называл его армией.

Поле перед лагерем было усеяно израненными монстрами. Чёрная, вонючая кровь текла по камням. Твари, казавшиеся некогда непобедимыми, были изорваны в клочья шрапнелью и магией.

Воины из иных миров, те самые «ветераны Теневых Войн», были полностью разбиты. От них осталось разве что несколько человек.

Людей самого Зубра полегло больше половины. Те, что выжили, сидели у потухших костров с пустыми, выгоревшими глазами. Они бились как звери, но пушки и магия врага оказались сильнее.

Николай зажмурился, пытаясь прогнать голос в голове, но это было невозможно. От него нельзя было сбежать.

«Неудача? — скрежет раздался прямо в черепе. — Это был эксперимент. Они потратили силы. А мы потеряли лишь расходный материал».

— Расходный материал? — прохрипел Зубр вслух. — Это были мои люди! Моя сила!

«Твоя сила? — Мортакс рассмеялся. — Твоя сила — это я. А они… семена. Одни проросли, другие нет. Те, что выжили… они стали крепче. А ты увидел, как бьётся враг. Запомнил?»

Зубарев запомнил. Свист пуль, грохот взрывов, холодную эффективность Чёрного полка Градова и всплески ледяной магии рода Карцевых. Он помнил, как падали те, кто шёл за ним. И этот страх, этот ужас от мощи врага, жил теперь в нём.

А Мортакс называл это знанием.

«Теперь мы знаем. И следующий удар будет не в лоб. Он будет… эффективнее».

— Что дальше? — спросил Зубр, и в его голосе прозвучала усталая покорность.

«Мы идём на юг. Я чувствую древнюю силу. Там, за морем, на одном из островов этих земель. Эта сила поможет нам. Она сделает тебя ещё опаснее. И откроет дорогу новым слугам».

Море. Всё внутри Зубра сжалось. Он ненавидел воду. Она была неподконтрольной, бездонной. На суше он хоть как-то понимал, что делать. А там…