Книга Абсолютная Власть 1, страница 141 – Александр Майерс

— Не расслабляйся раньше времени, рыжий, — сказал Секач, проводя точильным камнем по тесаку. — Нам ещё под купол надо попасть.

— А по мне так наоборот, самое время расслабиться, — ответил Артём. — Ночью-то придётся напрячься. Значит, надо отдохнуть.

— Он прав, — сказал я. — Максим, смени дозорных и сообразите что-нибудь на обед. Затем — всем отдыхать.

— Как прикажете, — Секач вложил тесак в ножны и отправился отдавать приказ.

Как раз в это время вернулся мой ворон. Я развеял его, вставил в череп новый кристалл и снова призвал. Уселся в позу лотоса и подкинул птицу, вновь объединяя с ней своё сознание.

На юге от купола дружина фон Берга без конца патрулировала местность на машинах. Там были обычные автомобили и броневики с пулемётами. Ближе к куполу бродили пешие патрули. С высоты птичьего полёта я заметил несколько замаскированных позиций, в которых сидели снайперы.

Похоже, фон Берг сильнее других стремился меня найти и помешать вернуться в поместье. Неудивительно, ведь он наверняка очень рассердился после случая во Владивостоке.

Бойцы Муратова тоже активно прочёсывали местность. Судя по магическим волнам, которые исходили от некоторых групп, они использовали артефакты обнаружения. Интересно, насколько их приборы продвинуты? Они определяют поблизости любые формы жизни, или только людей? Или, может быть, настроены именно на меня?

Сомневаюсь. Как я недавно размышлял рядом с Моргуном — земная артефакторика пока не способна создавать такие прогрессивные изделия.

А вот со стороны Карцевых, на востоке, особой активности не наблюдалось. Да, патрули тоже ходили, пешие и конные. Но их было меньше, и они как будто просто прогуливались, не особо стремясь кого-то найти.

Интересно. Почему так? Фонберговские роют землю носом, муратовские не отстают, а дружинники Карцевой словно и не при делах.

Я на всякий случай поднял ворона повыше и полетел на запад. Уже придумал, каким путём мы доберёмся до вихревика, но требовалось убедиться в его безопасности. А для этого — изучить маршруты патрулей.

Меня слегка душила необходимость пробираться в собственное поместье тайно. Хотелось сесть на коня и въехать по главной дороге открыто и гордо. Однако гордость я умел при необходимости отодвинуть и действовать разумно. Нестись напролом через такое количество врагов и укреплений — это даже не безумие, а гарантированное самоубийство.

К тому же в планировании тайной операции тоже был свой интерес. Представляю лицо барона фон Берга, когда он поймёт, что я снова провёл его. Да и остальные члены альянса наверняка будут растеряны оттого, насколько я неуловим.

Когда мана в кристалле стала кончаться, я приказал ворону вернуться и разорвал связь. При возвращении в тело ощутил в голове противный щелчок. Виски пронзила острая боль, будто их насквозь проткнули спицей.

Я скрипнул зубами и встал. Ноги ощущались чуждыми, всё тело — неповоротливым и каким-то грубым. Это чувство быстро прошло, осталась только головная боль.

Мозг Владимира был непривычен к магическим нагрузкам. А я за последние дни много раз объединял свой разум с воронами.

Теперь и мне надо было отдохнуть. Всё равно день уже плавно переходил в вечер — ещё одну разведку проведу прямо перед выдвижением.

— Всё в порядке, ваше благородие? — шёпотом спросил Ночник. — Вы какой-то бледный.