Книга Абсолютная Власть. Трилогия, страница 11 – Александр Майерс

Советник покорно ждал реакции графа, в то время как тот будто разглядывал родовой герб, висящий над камином. Обвивающая меч змея поблескивала в отблесках пламени, словно живая.

Но на самом деле Муратов смотрел в никуда.

— Сведения надёжные? — спросил, наконец, он.

— Да, ваше сиятельство. Его видели в Сычуани, когда он садился на поезд, — кивнул Игнатьев. — Я связался с нашим человеком из железнодорожной управы. Он подтвердил, что господин Градов купил билет из Чэнду до Владивостока.

— То есть сейчас он едет в поезде?

— Завтра вечером он будет во Владивостоке, господин, а там… Кто знает, куда он отправится.

— Жаль, что мы не узнали раньше, — Рудольф выпрямился и взял со стола чашку. Заглянул в неё, но там было пусто.

— Приказать принести ещё чаю? — услужливо спросил советник, но граф отмахнулся и встал.

Он посмотрел в окно и, мгновение помедлив, мотнул головой:

— Не нужно. Как ты думаешь, Альберт, почему он возвращается именно сейчас? — не успел Игнатьев ответить, как Муратов задал другой вопрос: — Точнее, знает ли он о том, что случилось с его родом?

— Полагаю, что нет, Рудольф Сергеевич. Ни один человек в здравом уме не решился бы вернуться домой в таких обстоятельствах. Да и сомневаюсь, что новости могли дойти до Тибета. Никто ведь даже не знал, где конкретно находится Владимир.

— Ты прав. Скорее всего, он понятия не имеет, что ждёт его дома, — на губах графа на мгновение промелькнула холодная улыбка. Он повернулся к Альберту. — Тогда вот ещё вопрос. Как ты думаешь, смог ли он добиться того, зачем уезжал?

Советник качнул головой и развёл руками в тонких кожаных перчатках. Под ними скрывалась причина, по которой он был до мозга костей верен графу. Но он предпочитал не показывать эту причину никому, даже самому Муратову.

— Здесь мне сложно делать предположения, господин. Я мало что понимаю в магии.

— Что подсказывает тебе интуиция? — не унимался Рудольф.

Альберт был для него не просто советником. Он был доверенным лицом. Человеком, с которым можно было поделиться любыми мыслями и услышать мнение, не замутнённое лестью. Ведь Игнатьев был не лишён достоинства, а главное — всегда был честен, и даже неприглядную правду говорил в лицо. А ещё он обладал внутренним чутьём, хотя магическими способностями не был наделён.

— Интуиция подсказывает, что Градов ничего не добился, господин, — невозмутимо произнёс Альберт. — Он возвращается не потому, что исцелил свой Исток, а потому, что окончательно отчаялся.

— Да, его случай считается безнадёжным. Но вдруг он всё-таки сумел исцелиться? Не зря же он шесть лет провёл в Тибете, — граф в очередной раз потёр подбородок и сделал несколько шагов по комнате туда-сюда. — Если да, тогда он сможет взять контроль над Очагом Градовых.

В его голосе слышалось раздражение, но вида он не подавал.

— Ведь это хорошо, ваше сиятельство, — заметил советник. — Возможно, с ним будет проще договориться.

— Да, возможно, — глядя в ночную темноту за окном, ответил Муратов. — Но это риск. Мы понятия не имеем, каким человеком он стал, пока был в Тибете. Вся эта история с Градовыми уже слишком долго тянется. Я хочу закончить её поскорее.

— Если желаете избавиться от рисков, есть только один надёжный способ, — сухо произнёс Альберт. — Вы не хуже меня знаете это.