Книга Абсолютная Власть. Трилогия, страница 382 – Александр Майерс

— Интригуешь, Владимир, — Соболев мотнул головой, откидывая длинную чёлку. — Что ж, хорошо. Я тебе верю, будущий шурин. Видимо, мне стоит приехать, чтобы лично всё обсудить?

— Конечно, приезжай, — мой ворон кивнул. — Буду рад видеть.

— Тогда до встречи. Постараюсь прибыть завтра утром, — сказал Станислав, и мы разорвали связь.

После двух сеансов перемещения сознания за утро у меня немного кружилась голова. Я погрузился в медитацию, заодно решив укрепить Исток, и так увлёкся, что очнулся лишь тогда, когда приехал Базилевский.

Как раз время обеда. Бабуля будет рада, если я хоть раз поем вовремя.

Выйдя на передний двор, я поздоровался с Филиппом Евгеньевичем, и мы направились в столовую. Баба Маша уже вовсю хлопотала, накрывая на стол. Сегодня она приготовила ароматнейшую солянку, и я не пожалел, что решил пообедать.

Базилевский тоже с аппетитом съел большую тарелку супа. Сыто причмокнув, он откинулся на спинку стула и с улыбкой сказал:

— Если я буду так часто к вам приезжать, то растолстею.

— Не помешает немножко, — проворчала Бабуля, занося в столовую большую тарелку с пирожками. — Кушай, Филя. Сейчас чай будет.

— Спасибо, Мария Николаевна, — ответил юрист.

Мы съели по тёплому пирожку с брусникой, выпили чаю, а затем направились в кабинет. Когда дверь закрылась, взгляд Филиппа Евгеньевича сразу стал серьёзным.

— Я вас слушаю, Владимир Александрович. Что вы хотели обсудить?

— Ситуацию в нашем регионе. Похоже, Альберт Игнатьев ведёт свою, весьма амбициозную игру, — начал я, медленно прохаживаясь по кабинету. — И его игра становится слишком опасной, чтобы позволить ему выиграть. Пост генерал-губернатора не должен достаться ему…

Я подробнее рассказал Базилевскому о том, что передал мне Станислав, а также о своих подозрениях насчёт Игнатьева. Филипп внимательно слушал, лишь время от времени поправляя очки.

— Должен признать, что ваши подозрения обоснованы, — сказал он, когда я закончил. — Игнатьев, хоть и находится в тени Муратова, обладает обширными связями и на многое способен. Вы правы, мы не должны дать ему занять пост — даже если он действует в личных интересах, то будет для нас угрозой. Но что мы можем противопоставить? У него уже есть поддержка части Дворянского совета, а после смерти Высоцкого…

— После смерти Высоцкого нужно действовать быстро и решительно, — перебил я его. — И у меня есть кандидат. Человек, который сможет не только выиграть эту гонку, но и стать настоящим лидером для всего региона.

Базилевский смотрел на меня с растущим интересом.

— И кто же этот человек? Граф Соболев?

Я остановился напротив юриста и посмотрел ему прямо в глаза.

— Вы.

В кабинете повисла гробовая тишина. Филипп Евгеньевич замер, его глаза расширились от чистого, неподдельного шока. Он даже отшатнулся назад, будто от физического удара.

— Я? Владимир Александрович, вы шутите? Это невозможно.

— Я никогда не был так серьёзен. Вы идеальный кандидат. Вас знают и, что важнее, уважают во всём Приамурье. И дворяне, и простые люди. Вы заслужили репутацию блестящего юриста, человека принципиального, справедливого и неподкупного.

— Но… генерал-губернатор… — Филипп растерянно провёл рукой по лицу. — Это колоссальная ответственность! Интриги, давление, управление целым регионом… Я юрист, Владимир, а не политик! У меня и так дел больше, чем часов в сутках! Подготовка к суду, переговоры…