Книга Абсолютная Власть. Трилогия, страница 390 – Александр Майерс

— А как же Гражданский? — брякнул Артём.

Воронов еле заметно поморщился.

— Их мнение вряд ли будет иметь такой же вес.

— Ну… наверное, — неуверенно согласился Артём.

Владимир говорил иное. Учитывая сильные профсоюзы рабочих во Владивостоке и Хабаровске, а также растущее количество частных предприятий во всём Приамурье — Гражданский совет обладал не меньшей властью, чем Дворянский.

Если в Совете Высших сидят не полные идиоты, они прислушаются к мнению простонародья. Даже если это не будет устраивать аристократов.

Рыжий понял, что молчание затянулось. Выдохнул, расправил плечи и посмотрел Воронову прямо в глаза.

— Вы правы, ваше благородие. Нам нужен ваш голос. Господин Базилевский — честный, справедливый и неподкупный человек. Его уважают все сословия. Мы уверены, что только он сможет принести в регион настоящую стабильность и, главное, мир.

Воронов слушал, не перебивая, его лицо оставалось непроницаемым.

— Мир? — он мягко усмехнулся. — Вы говорите о мире, в то время как ваш род ведёт войну, молодой человек. Да и вообще… — он сделал многозначительную паузу, — не так давно Градовы были объявлены предателями Родины. Не самые лучшие рекомендации для их ставленника.

Артём почувствовал, как по спине пробежали мурашки, но он не отвёл взгляда.

— Это ложь, ваше сиятельство! — его голос прозвучал твёрже, чем он ожидал. — Гнусный поклёп, придуманный графом Муратовым и его приспешниками, чтобы оправдать захват наших земель и истребление нашего рода! Суд всё расставит по местам. И очень скоро.

Они смотрели друг на друга несколько секунд — молодой, пылающий решимостью парень и опытный, умудрённый годами политик. В кабинете повисло напряжённое молчание.

Наконец, Георгий Павлович откинулся на спинку кресла.

— Допустим, я поверю в невиновность вашего рода и в достоинства господина Базилевского. Что я получу взамен? Голос такого человека, как я, дорогого стоит. На что может рассчитывать мой род при новом генерал-губернаторе?

Артём замер. Вот оно. Тот самый момент, к которому его готовили, но на который он всё равно не был до конца готов. Он понимал, что следующими словами может либо сорвать сделку, либо заключить её.

Артём сделал глубокий вдох и произнёс максимально спокойно и уверенно, как учил его Владимир:

— Ваше сиятельство, я не уполномочен вести переговоры о таких вещах. Обсудить конкретные уступки вы можете лично с господином Базилевским или с бароном Владимиром Александровичем. Они будут рады честному диалогу.

Он боялся, что Воронов рассердится на такой уход от ответа. Но вместо этого барон медленно кивнул и даже слегка улыбнулся.

— Разумно, — произнёс он. — Вы не берёте на себя слишком много, и правильно делаете. Хорошо. Передайте барону Градову и господину Базилевскому, что я готов встретиться и обсудить детали. И что они могут рассчитывать на мой голос… при условии, что мы найдём взаимовыгодные решения.

Артём едва сдержал вздох облегчения. Он поднялся, стараясь скрыть дрожь в коленях.

— Конечно, ваше благородие. Я непременно передам. Спасибо за чай, и… я рад, что мы провели столь содержательную беседу.

Последняя фраза была заученной, но прозвучала крайне естественно. Барон одобрительно кивнул, поднялся и вежливо указал на выход из кабинета.

По пути к выходу они обменялись ещё несколькими формальными фразами, и вскоре Артём уже покидал усадьбу, чувствуя себя так, будто пробежал марафон. Сердце стучало где-то в горле, но на душе было невероятно легко.