Книга Ключник, страница 213 – Сергей Зайцев

— Богиня? – переспросил я. – Вот это сексапильное создание с крыльями – богиня?

— Угу. Не сама богиня, понятное дело, это лишь ее образ. Джива – астральная покровительница животворящих сил природы, она помогает земле пробуждаться весной, дает ей плодородие, растит нивы и пажити…

— В общем, делает именно то, что этому миру так необходимо, – вмешался Жальник. – Но великим воином она не выглядит, поэтому я не удивлен, что она проиграла битву божеству крипуаров.

— Не проиграла, – нахмурилась Машта, замечание танка почему-то задело ее за живое. – Была ничья.

— Раз крипуары еще здесь, а аборигены забыли собственную историю – значит, проиграла, – отрезал Жальник.

— Жал, не уводи от темы. Машта, так почему Кроха так на нее похожа?

— Почему-почему… Да потому. По легендам, фейри созданы по образу и подобию Дживы и являются ее малыми аватарами, частичками ее души. Именно поэтому у них такие уникальные способности.

— Так вот почему коби так с нее млеют, – дошло до меня. Теперь я смотрел на свою Кроху совершенно иным взглядом, с изрядной долей уважения.

— Это точно, именно что млеют, – подтвердил Жальник. – Я когда уходил с подъемника, они ремесленному алтарю едва не молились.

— Видимо, да. А еще получается, что Кроха и послужила пропуском для Стража. – Машта вопросительно глянула на меня. – Послушай, время идет, и я не уверена, что нам здесь можно находиться бесконечно. Что будем делать дальше?

Она была права, и я огляделся внимательнее.

— Не вижу ни терминалов управления, ни других выходов. Здесь какая-то загадка.

— Ты нас сюда привел, тебе ее и решать.

— Нам ее решать, Машта, – с нажимом поправил я. – Нам. Вместе. Какого черта вы все время стараетесь свалить ответственность на меня? Мы одна команда, привыкайте уже к этой мысли. Один ум хорошо, а несколько – гораздо лучше. Кроха, хватит любоваться «маманей», займись исследованием зала. Жальник, тебя это тоже касается.

— Да уже, уже. – Жальник с ворчанием отправился к ближайшему барельефу.

— Машта, ты тоже не стой столбом, вдруг заметишь то, что пропустят остальные. Глаза у тебя острые. Фури, обнюхай тут все, что ли. Марана, да и ты принимайся за дело… Марана? Что с тобой?

А с демонессой творилось что-то неладное. Остановившись в двух метрах от статуи богини, она дрожала, словно в жестоком ознобе, кончик ее хвоста выбивал чечетку на полу, высекая искры. В ее все ярче разгоравшихся красным огнем глазах плескалась такая ненависть и мука, что не нужно было гадать – быть беде. Зашипев и оскалив клыки, она сделала шажок к статуе, но издала страдальческий стон и отступила. И снова шаг вперед. Марана словно боролось с какой-то невидимой силой, которая заставляла ее действовать против воли.

— Фурия, ко мне! Жальник, у суккубы проблемы, будь готов…

Мы опоздали. Просто не знали, чего именно ожидать и почему это происходит, а потому удар Мараны перехватить было невозможно. Хвост демонессы будто выстрелил – хлестко, сильно и точно. Прочный, как сталь, кончик пробил статую Дживы насквозь, и она буквально взорвалась, разлетаясь по залу десятками янтарных осколков – будто в нее всадили из гранатомета. Шар стража, так и не пробудившись, словно выполнил свою функцию проводника и дезактивировался окончательно, покатился по полу, с протяжным колокольным звоном впечатавшись в стену.