Книга Маньяк Отмели, или Песочница для Короля, страница 68 – Руслан Михайлов

На этот раз послышался не стук, а несколько иной звук – весомое звяканье опустившегося на столешницу мешочка.

— Пятьдесят… – захлебнулся Куон….

— Пятьдесят золотых монет – подтвердил Люц и открыв горловину мешочка, показал блеснувшие желтым кругляши – Если история мне на самом деле понравится – я от щедрот своих добавлю еще. Но ты уж расстарайся. Ну, приятного мне аппетита. А ты начинай, не стесняйся…

Полуорк взялся за золотого каранга, обильно полив его соком из пары четвертушек зеленого плода. Мясо оказалось белым и нежным, слегка солоноватым, ничуть не сухим. Прекрасный образчик, просто прекрасный. И без того отличное утро заиграло новыми красками. А когда перед Люцем легла раскрытая на первой странице «Одиссея капитана Блада», то он почувствовал себя на втором небе. Только на втором, само собой. Чтобы будущий король поднялся аж до неба седьмого… тут нужно нечто куда большее…. Книга и рыба никак не помешали Люцу вслушиваться в торопливую речь Куона Жаровни, поведшего рассказ о своей семье, издавна живущей в окраинном городском квартале Великого города Акальроума.

Куон использовал слово «жить», но тут больше подошло бы «обитать» или же «выживать». Семейка со странным фамильным именем Жаровня не всегда владела здесь бизнесом. Они были рыбаками, владеющими одной лодкой, да и ты была столь старой, что как не конопать ее и не смоли, все одно заполнялась водой через час ловли. Однако затем Буону, отцу трех вечно голодных сыновей, случилось сделать пусть небольшую, но находку – его залатанная сеть зачерпнула со дна вместе с мелкой рыбешкой и водорослями небольшую каменную шкатулку, внутри коей отыскалось… отыскалось нечто столь дорогое в денежном плане, что больше Буон рыбачить в море не выходил. В тот же день глава семьи приобрел свежего мяса и накормил домочадцев досыта. А на следующий день он купил у одного старика едва приносящий прибыль навес со старой жаровней. Сам навес ерунда, но он достался вместе с лицензией от Трактирной Гильдии, курирующей все подобные забегаловки, таверны и трактиры вплоть до ресторанов – а они уже находились в ведении немыслимо гордой и чванливой Гильдии Рестораторов, работающей в теснейшем сотрудничестве с Гильдией Поваров. Но это к делу не относится.

В этот миг рассказа Люц впервые перебил разошедшегося Куона:

— Что было в шкатулке?

Куон развел руками – Буон никогда не показывал и не рассказывал. Отмалчивался или же сразу начинал реветь как седой медведь, грозно ударяя кулаком по столу.

— А саму шкатулку видеть приходилось? Или она просто выдумка?

Спрашивал Люц не зря – приходилось уже сталкиваться пару раз с чрезмерно раздутой историей о древнем кладе, хотя никакого изукрашенного золотом сундука и в помине не было – всего-то горстка серебряных и золотых монет, превращенная богатым воображением в настоящее сокровище.

Тут Куон возмутился и с жаром возразил – есть шкатулка! Старый Буон частенько выпивает дешевого и крепкого рома – привычка со старых времен, когда он не мог позволить себе выпивку получше. Да и бережлив отец, каждый медяк считает, роскошества разные не одобряет, с серебра кушать не любит, предпочитая простую глиняную посуду. И вот после второй бутылки рома Буон порой достает из тайника тряпичный сверток, разворачивает его и подолгу смотрит на шкатулку из черного блестящего камня, украшенную резьбой. Искусной резьбой – вблизи Куон видал шкатулку вблизи, когда пьяный отец задремал.