Онлайн книга «Чешлотросово Солегрязье, или Королевская купальня»
|
Так что… К делу… Все понявшая без слов Тефнут с не каждой девушке свойственной грацией потянулась как кошка, выгнулась, показывая изгибы ладного тела и уселась, одновременно погружая руку в небольшую круглую корзину. Вынув ее, она приподняла удерживаемые за горлышки бутылки с ромом и легонько звякнула ими, пуская под платформой долгий и даже мелодичный стекольный звон. Этого хватило, чтобы оглушительный храп мгновенно оборвался. Одна за другой над гамаками показывались бородатые сонные хари, свешивались вниз ноги, и даже крокодилы устроили в болоте хоровод, радуясь возможной предрассветной трапезе – вдруг один из наглых пиратов все же ошибется, сорвется и рухнет в болото… Девушка звякнула бутылками «Ливерного ада» еще раз, испуская новый манящий звон… — Двух бутылок маловато, леди, – прохрипел один из бывших пиратов, не в силах отвести затуманенного взгляда от заполненных ромом емкостей. — Рома вдоволь, – без намека не улыбку ответила девушка, уже поняв, как следует разговаривать с подобной публикой, что мигом чует слабину. – Готовы повторить? С нас ром, а затем и завтрак. — К морскому дьяволу завтрак – больше рома! — Пусть так, – кивнула Тефнут и подняла бутылки повыше. – Пусть так… Бутылка рома или булка хлеба – выбор делать вам… Выползающий из гамака Люц умело спрятал показавшуюся на его губах усмешку – Тефнут даже не замечала, насколько жестко и непреклонно звучал ее нарочито хрипловатый голос, не несущий в себе даже зыбкого намека на легкомысленное веселье. Огненная кошка быстро усваивает уроки… и это хорошо. Что ж… еще один раунд… и с каждым ритуал набирающийся сил лоа ловил все больше улиток, доказывая, что аппетит – дело наживное. Но здесь это последний раунд – они и так привлекли слишком много внимания. Тактику придется немного сменить… и за время краткого отдыха Люцериус уже успел составить план действий. Протяжно зевнув, будущий островной король хрустнул поясницей, забросил мешающий плащ в корзину и полез к размещенной между свай балке, где все еще стояло едва дымящееся глиняное блюдо. Лоа прожорливы, но ленивы. И им вечно приходится давать сильного пинка… * * * Выползшие из-под платформы авантюристы являли собой разительные противоположности. Люцериус – довольный, клыкасто лыбящийся, потягивающийся и, вообще, выглядящий так, будто продрых целые сутки – представлял собой образец полного энергии чужеземца, готового как разрушать, так и созидать. Тефнут… любой из увидевших ее мог не кривя душой признать, что она представляла собой жалкое зрелище. Не авантюрист, а дрожащее, ежащееся и постоянно зевающее нечто, настолько взлохмаченное, что и лица не разглядеть – но это и к лучшему, учитывая насколько покрасневшими были ее немилосердно щурящиеся глаза. — Я подхватила какую-то болезнь, – дрожащим голосом выдавила Тефнут, вытягивая перед собой трясущиеся ладони и понимая, что не в силах остановить их дрожь. – Перед глазами то и дело двоится, плечи покалывает, руки трясутся. Или это то самое… — Затухание? – осведомился Люцериус и, солнечно улыбнувшись столь же солнечному миру, подставил лицо пока еще прохладному утреннему ветерку и покачал массивной головой. – Нет. Это не оно. Ты подцепила что-то тропическое и, скорей всего, от той воды. Помнишь? |