Книга Сердце Забытых Земель, страница 108 – Руслан Михайлов

— Будем рады поделиться с братьями авантюристами! — громко заявил я, глядя на ожидающих моего ответа воинов, по-прежнему стоящих в дымном светящемся выхлопе.

— Вот это дело! — мечник впервые нарушил молчание, закидывая меч в ножны — Благодарим, братья! А нет ли еды? Мы заплатим добычей! Давно уж блуждаем по этим клятым лабиринтам — а выхода все нет! И мы заплатим втрое, коли выведете нас отсюда! Нет ли карты, чтобы срисовать?

— Есть! — это произнес Храбр — У нас есть карта! Дадим срисовать просто так — денег не надо!

— Хорошие вы парни! — взревел топорщик, вздымая оружие к потолку — Встретимся в городе — покажете мне своих матерей! Отблагодарю каждую!

— Ну уж нет — буркнул Док…

— Свезло так свезло! — повторил воин и шагнул вперед, медленно опуская топор — Мое имя Иркве… — на следующем шаге он с товарищами покинул дымную зону и… сквозь начавшие таять улыбающиеся усталые лица на нас глянули мрачные лики черепов с черными провалами глазниц. Костяные пальцы сомкнулись на рукоятях убранного и опущенного оружия, и замолчавшие воины рванулись к нам. Я рухнул на пол. Надо мной с визгом пролетела стрела, а следом меня перепрыгнул ревущий полуорк, сходу приняв на щит тяжкий удар двуручного топора. Миг… и в коридоре завертелась ожесточенная битва.

Мертвые авантюристы против живых…

Драться было… грустно… но не драться мы не могли и быстро вышли победителями из короткой ожесточенной схватки, не понеся потерь. В своей быстроте по уничтожению врагов мы на автомате следовали еще одному пункту жизненно важных для нас «Правил данжа» — каждая схватка должна заканчиваться максимально быстро и тихо. Ибо велик риск, что к месту боя подоспеют новые монстры. Хотя этот пункт чуток конфликтовал со следующим, гласящим следующее: каждый бой должен обходиться в минимальные затраты расходников. То есть справляться с противником надо за счет собственных умений и заклинаний, не слишком сильно расходуя ману и выносливость и уж точно стараясь не тратить зелья, свитки, стрелы, липуны и прочее. А чем меньше тратишь — тем тяжелее закончить бой действительно быстро. Но мы справились в рекордные сроки, хотя во время схватки мне порой чудилось, что поверх черепов я вижу призрачные улыбающиеся лица усталых авантюристов. Я все же поймал одну стрелу бедром, и нога тотчас подкосилась, но случилось это уже в самом конце боя и на исход не повлияло никак.

Пока меня подлечивал Док, успев до этого чуток обработать Бома, я сидел у стены рядом с останками топорщика и копался в его прахе, испуская тяжелые скорбные вздохи, но не собираясь отказываться от добычи. Мы не в том положении.

Первым я обнаружил почти не тронутый тлением кожаный мешочек. Внутри обнаружилась горстка рубинов и немного серебряных монет. Помимо этого, я отыскал обрывки выделанной кожи и тряпья, несколько тут же выброшенных насквозь проржавелых метательных ножей и тонкую незапертую костяную шкатулку с писчими принадлежностями, двумя письмами, несколькими листами чистой желтой бумаги и… многократно сложенной и далеко неполной картой здешних подземелий. Максимально аккуратно развернув ее, я покрутил перед глазами не слишком ровные линии, складывающиеся в лабиринт с многочисленными пометками, и протянул ее подскочившему Храбру, уже успевшему достать собственные наброски. Алхимик-танк-картограф-стрелок и что в нем еще из профессий и классов, Храбр Светлушка, при свете факела принялся рассматривать две карты, а я, прихрамывая, потопал к почти переставшему источать дым и свечение оскверненному свечению, чуть отставая от идущего туда же Бома. На пороге мы оказались одновременно и одновременно же вздрогнули, когда на нас на мгновение уставилось немало вопросительных и чуть испуганных взглядов, сидящих у стен, лежащих на полу и стоящих во весь рост вполне себе живых существ — полуорки, гномы, люди, эльфы. Двое из них молча и ожесточенно дрались у алтаря — гном навалился на эльфа и душил, остроухий отбивался как мог, но быстро проигрывал бой. Но все это длилось мгновение. На полу разом потухло несколько источников яркого света и… все живые снова обратились в безнадежно мертвых.