Книга Адское веселье!, страница 61 – Руслан Михайлов

— М-да… кто этот бедолага гладиатор?

— Я только по трактирным байкам знаю. Очень давно это было. Кто-то из известных. Кажется, он теперь у Неспов. Кто-то сходящий с ума по боевой магии и неустанно учащийся. В общем – боевое мясо Ивавы весьма и весьма!

— Хм… боевое мясо Ивавы. Хорошо ты не сказала – боевая плоть Ивавы.

— Фу на тебя!

— А вот вино они пьют – хмыкнул я, глядя как в мой хрустальный фужер льется красный ручей из наклоненного кувшина.

— Ну так. Кто не пьет? А вон и мешки. Сумму нарочито не показывай, Рос.

— У меня мешочек золота! В ладони не спрятать!

— Имею ввиду – щедрой горстью не бросай. Засунь руку в мешок по локоть – и только затем разожми пальцы.

— Понял. От каждого по возможности. И если у кого-то возможностей мало и бросит он лишь пару медяков…

— Смеяться над ним никто не будет. Но и щедростью не побахвалишься. Мешочек может и велика – а кто знает, что за монеты в нем? А кто-то щепотью бросит – а там алмазы граненые.

— Справедливо – признал я.

— Еще одна причина почему культ настолько могуч и богат.

— И якобы сами не знают кто сколько бросает злата.

— Ну это уже дудки. Знают до монетки.

Пришла наша очередь. И мы с Кирой послушно пожертвовали на благое дело нехилые деньги, кои прихватили с собой по настоянию моей второй половины, хорошо знающей здешние порядки. Пожертвовали, улыбнулись, чуть выждали, переглянулись.

— Отметились – и хватит – подытожил я – Валим!

— Валим. Но отсюда телепортом никак. Надо за границу лужка выйти.

— Вот и пошли…

— Ивава! Ивава! ИВАВА!

— Явилась… – вздохнул я.

— Садимся. Невежливо же уходить в момент прихода главного гостя.

— Она не гость. Она здешняя хозяйка с планами мирового господства!

— Пофигу. Посидим. Поглазеем.

Ивава возникла в ореоле бело-золотого свечения. Окутанная птичьими трелями и струнными переливами. Развела руками в стороны и ослепительно улыбнулась:

— Дети мои! Любимые!

И снова оглушительный всеобщий восторженный рев. Публика так разогрета Жизнеславом, что покажи ей ощипанную курицу – настоящую, из мяса – и громогласного восторга будет не меньше. Но это уже я ворчу. И во все глаза рассматриваю богиню.

Полная. Внушительная в ширину особа невысокого росточка с прекрасными светлыми волосами, спадающими до земли. Пухлое личико сияет несходящей улыбкой, васильковые глаза ласково и добродушно смотрят на окружающих. Просторное белое платье прекрасно скрывает все возможные недостатки божественной фигуры. Платье без малейших украшений – если не считать за таковые тоненькую зеленую кайму по краю подола. А вот на самой Иваве украшений выше всякой крыши – массивные золотые серьги, ожерелья, диадема, пальцы унизаны кольцами, многочисленные браслеты звенят при каждом ее мягком шаге и жесте.

— Любимые мои! Благословляю! Благословляю вас всех, любимые мои, добрые мои, светлые мои!

И при каждом слове пасс рукой. И бьющие над лугом волны звенящей божественной энергии.

— И вот так она раньше, по слухам, и ходила по безлюдным местам безо всякой охраны – заметила Кира – Представляешь?

— Более жирной приманки для грабителей представить трудно – согласился я и, вздрогнув, поправился – Я в смысле количества украшений на ней. Любой разбойник слюной изойдет.

— Ага. Но теперь она никуда ни на шаг. Ну что? Пошли?