Книга Вальдира: Господство кланов. Судьба клана. Ярость богов, страница 161 – Руслан Михайлов

Поддерживая едва стоящую на ногах девушку, я отшагнул в сторону, освобождая дверной проем для полицейских, заодно одарил соседку возмущенным взглядом оболганного человека.

— Вы разрешаете войти в вашу квартиру? – переспросил усач.

— Абсолютно верно, – широко улыбнулся я, с паникой ощущая, что Кира с каждым мгновением тяжелеет. Лишь бы сейчас она не вырубилась.

— Благодарю за содействие, – коротко произнес старший полицейский и кивнул остальным.

Грохоча ботинками, полицейские вошли внутрь, я следом за ними. Варвара Павловна сунулась было следом, но я одарил ее таким взглядом, что она застыла посреди лестничной площадки, а заметивший мой гневный взор усач понимающе хмыкнул.

Ну да, с точки зрения нормальных людей, меня можно понять. Парень захотел поиграть в романтику, поднял свою девушку до квартиры на руках и уже собирался было положить ее в постель и приступить к основному пункту намеченной программы, когда ему грубо помешали. А виной всему полусумасшедшая бабка.

Осмотр моей крошечной квартиры много времени не занял. Сотрудники органов правопорядка уложились в пять минут, но проверили все тщательно. Причем почему-то в первую очередь заглянули в ванную и поинтересовались содержимым встроенной в стену кладовки. В единственной комнате и смотреть то не на что было – кровать, игровой кокон, небольшой шкаф и стол с компьютером. Гипотетический труп спрятать было просто некуда. Хотя самый молодой из полицейских не преминул заглянуть под кровать и внутрь кокона. Блин… я бы тоже не отказался заглянуть внутрь своего кокона и остаться там подольше. Время идет… мне же еще на поминки успеть надо. Напоследок проверили мой балкон, и на этом осмотр квартиры был закончен. Полицейские вернулись в коридор и синхронно качнули головами, показывая, что ничего преступного не обнаружили. Стоящая на моем пороге Варвара Павловна поджала губы и словно бы съежилась, втянув шею в плечи. Ну да, зря подняла тревогу бдительная старушонка.

— Ясно, – вздохнул усач, покосившись на свои часы. – Приношу извинения.

— Да нет, я все понимаю, – пожал я плечами и, перехватив Киру обеими руками, прижал ее к себе. – Работа у вас такая.

— Это верно, – совсем по-человечески вздохнул полицейский и кивнул на стену, где сиротливо висело две фотографии в простых пластиковых рамках. – Увлекаешься военно-морским флотом?

— А?

— Ну, раз на стену повесил портрет контр-адмирала Грохотова, значит, увлекаешься, – прищурился усач, вглядываясь в фотографию, где был изображен сурово смотрящий в объектив камеры офицер в полной парадной форме. – Помню, в новостях показывали, как он гонял сомалийских пиратов. Возглавил какое-то там боевое соединение.

— А-а-а, – вновь повторил я, но уже совсем другим тоном, – Да нет, не увлекаюсь я. Скорее наоборот. Это родители. Мама и папа. Мама у меня экономист, а папа моряк.

В квартире повисла тишина, а я оказался под перекрестьем взглядов. Удивленно смотрела даже Кира, на время вернувшаяся из мира грез в реальность.

— Ясно, – кашлянул полицейский. – А вы значит…

— Грохотов Ростислав Алексеевич, – пожал я плечами, одной рукой подтягивая сползающие старенькие треники. – Паспорт на холодильнике.

— А вы?

— Крапивина Кира Константиновна, – хрипловатым голосом отозвалась девушка. – Паспорт дома. Но могу позвонить, и отец привезет документы.