Книга Свет во мраке, страница 107 – Руслан Михайлов

И едва я вспомнил про принца Тариса Ван Санти, как сразу же на ум пришла и та страшная тварь в виде облака. Где она сейчас? Все так же около Тариса Некроманта? Ждет его сигнала к нападению? Ведь если это действительно кошмарное чудовище, то стоит лишь дать ему приказ к атаке и враги будут сметены с лица земли, они превратятся в мелкую и сухую костяную пыль стелющуюся по земле…

Тарис, Риз Мертвящий, ужасная тварь и войск шурдов, гоблинов и нежити… они волновали меня. Я не забыл, что эта армия еще совсем недавно стояла на подступах к Подкове, у самых стен нашего дома. И я боялся. Чего? О, я жутко боялся, что пока я здесь ползаю как крот во тьме и устраиваю крупные пакости, Тарис поймет, что его сил не хватит и попросту развернется и двинется обратно — снова к Подкове! А я узнаю об этом слишком поздно.

Одна надежда на силу ненависти и жажду мести Тариса Некроманта. За века проведенные в каменной гробнице его жажда мести должна была разгореться в негасимое ничем лютое пламя. И пока он не вырвет ненавистным врагам глотки или же не погибнет сам — он останется здесь… и это мне весьма на руку.

Боковой проход появился внезапно — будто сама собой открылась щель в монолитной скале. Я без раздумий свернул и еще быстрее зашагал вперед. Дым. Дым стелился у пола и витал под потолком, хотя середина прохода оставалась чистой. А запах гари разносился вездесущим сквозняком куда быстрее. Я добрался до нового перекрестка, свернул наугад в тот, что показался мне самым темным и редко используемым. Прошел не меньше полусотни шагов. А затем до моих ушей донесся тревожный хор голосов. Эхо зазвенело в сумраке подземных ходов.

Услышав шум спереди, я развернулся и вернулся на несколько шагов назад. К еще более узкому проходу, где я в своих доспехах едва поместился. Факела при мне давно не было. Я двигался в темноте. Удалившись от начала хода, прижался к стене и затих, не забыв укутаться в черный ниргалий плащ.

Вскоре мимо промчались гомонящие люди несущие множество факелов. Все они спешили в одну сторону — туда, где я разжег погребальный костер рядом с каменной дверью перекрывавшей ранее проход в ледник.

Прислонившись к стене я снова ждал.

Ждал нового подходящего момента для начала действий.

Каких именно действий? Пока не знаю. Но они точно будут разрушительными…

А все же… я с глубокой задумчивостью уставился в темноту перед собой. И все же… что почувствует Истогвий, узнав и случившемся?

Отступление седьмое.

Одного.

Истогвий убил лишь одного человека.

Убил без помощи Искусства, без помощи ножа или меча. Он убил его голыми руками. Попросту взял за шею и медленно сдавливал ее до тех пор, пока не утих хруст позвонков, а кожа не лопнула, выпустив наружу смятое мясо и много крови. Только тогда местный правитель разжал хватку и уронил к ногам безвольное тело умершего воина. Глухо ударилась о почерневший от копоти пол голова, треснул череп, когда сверху ударила подошва сапога.

Подняв лицо к столь же черному от сажи потолку, Истогвий испустил очень долгий выдох. Провел руками по лицу сверху вниз, не обращая внимания на то, что левая его рука перепачкана чужой кровью и оставляет на левой половине лица красные разводы.

— Кто? — это был первый его вопрос с тех пор, как ему сообщили о случившейся беде и с тех пор, как он бегом примчался сюда и увидел обгорелые кости тех, на кого были возложены столь великие надежды.