Книга Кровь и пламя, страница 132 – Руслан Михайлов

И вот в твоем распоряжении послушные и умелые рабы, крепкие, жилистые, могущие трудиться от зари до заката. А плата им — скудная кормежка и скудная надежда. Этой платы им хватит с лихвой…

Да… я бы поступил примерно так же.

Где бы я их держал? И как бы держал?

Раздельно.

Мужчин — поблизости от места работы. Чтобы далеко не водить их.

Женщин и детей — подальше! Чтобы не было соблазна попытаться освободить их. Но изредка позволяться увидеться, чтобы мужчины знали — их родичи живы и что их жизни напрямую зависят от усердия подневольных рудокопов.

Гномы дружны с камнем — в темницы их не заточить. Любят гномы и землю — родственная им стихия. Металл уважают, но металл куда как более крепок. Значит — железные клетки. Клетушки. На одного или двух заключенных. Если кто и сбежит из одной, то уйдет не больше двух или трех гномов, а то потеря невеликая. А может, и не осмелятся бежать, зная, что за их побег других ждет суровая кара. Добавить немного магии и хорошую охрану — и дело сделано. К тому же бегуны из коротышек аховые. Совсем плохие из них беглецы, в лесах и болотах теряются, если куда и побегут — то на восток, к далекой Пограничной Стене. Хорошим верховым следопытам ничего не стоит их догнать и приволочь обратно.

Ладно… к черту размышления… тут беда со временем. Почти два столетия миновало с тех пор, как «погиб» весь род Медерубов. Когда был вырублен последний гранитный блок? Рабы нужны лишь до тех пор, пока для них есть работа. А затем от них проще избавиться.

— Дружище, — я тщательно прятал сочувственные нотки в голосе, когда обращался к едва ли не трясущемуся Тиксе. — Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня. Хорошо?

— Хорошо. Что сделать, друг Корис?

— Я хочу знать, когда примерно были нанесены последние удары по этим гранитным стенам, — четко произнес я. — Если есть другие знаки или послания, то хочу знать и о них тоже. Осматривай каждую каверну в стене, каждую трещину, поднимай каждый обломок. Туорий тебе поможет, заодно будет поглядывать по сторонам.

— Слушаюсь, господин!

— Вперед меня не заходить, — отдавая приказ, я смотрел на Туория, и тот понятливо кивнул. Тикса в таком возбуждении, что запросто забудет о любом предостережении. — Тикса. Тикса!

Коротышка услышал меня лишь со второго раза — его глаза безостановочно шарили по окружающему нас камню, он буквально рвался продолжить поиски.

— Тикса, — повторил я. — Не спеши. Не шуми. Может быть, только может быть, они все еще живы — если не все, то часть из рода Медерубов. Мы не знаем, рубят ли все еще гранит. Но все может быть. Поэтому, ради вашего Отца — не шуми слишком сильно!

— Я понял, друг Корис! Все понял!

— Хорошо. Начинай искать.

Гном метнулся в сторону, за ним мягко побежал Туорий. А я пошел дальше по песчаной дороге, наступая на отчетливо различимые следы нежити и шурдов. Мы наседали им на пятки. Шли той же дорогой, ведущей незнамо куда.

— Литас, сколько нам до этих тварей?

— Следы свежие, господин. Они еле плетутся — кажись, шурды перетрусили вконец, потому пауки и паучиха их подгоняют, силком вперед идти заставляют. И не просто толкают — бьют смертным боем! В нескольких местах кровь свежая.

— Вот как, — хмыкнул я, попытавшись передернуть плечами, но доспехи не позволили такого жеста.