Книга ПереКРЕСТок одиночества 2, страница 68 – Руслан Михайлов

— Тебе спасибо за куртку. Я еще покумекаю над стаканом чаю — вдруг вспомню что полезное.

— Было бы неплохо. Увидимся. И помни — я задержусь. Так остальным и передай.

— Удачи!

— Спасибо!

Пройдя вдоль стены Бункера, внимательно вглядываясь в девственно чистый снег, я преодолел метров триста и тут решил остановиться, выбрав большой и плотный сугроб. Оглядевшись, убедился, что рядом нет опасности, забился под скальный козырек, защищаясь от возможной атаки сверху. Сняв рюкзак, взялся за небольшую самодельную лопатку и принялся вгрызаться в снежный бок сугроба, действуя не слишком умело, но старательно.

Клемм обучал меня несколько часов. Всей науки не передал, но основы я уловил. Расположение входа по высоте, отток тяжелого углекислого газа, вентиляционный отдушины, проницаемость снега, ледяная корка, построение тамбура, устройство постели. Я стал гораздо осведомленней в вопросе постройки снежных убежищ. После уроков, ненадолго вернувшись в Бункер, обогрелся, снарядился куда основательней, показал старикам, какую именно хочу раму для рюкзака. Налил в термос горячего чаю, забросил в рюкзак немного продуктов. И вышел наружу с Клеммом, где он показал мне кое-что из только что вспомненного. На этом и разошлись наши дороги. Он с облегчением отправился в тепло. А мои трудности только начинались.

Ну как трудности…

Что одну мытарство — другому привычное бытие.

Вырезая из сугробного тела снежные пласты, я вспоминал те ролики, что смотрел в интернете. Разные ролики. Были среди них и те, что показывали жизнь таежных охотников — в зимнее время. Да у охотников были снегоходы, они были неплохо вооружены, но все равно — любой городской житель, оказавшись внезапно в этих условиях, попросту сдохнет. Где-то ошибется — на первых же шагах — и сдохнет.

А каково приходилось охотникам в девятнадцатом веке? А еще раньше?

Почти каждый скажет — ой тяжело им было. Выживали с трудом бедолаги, каждый день опасностью наполнен.

А я вот думаю — нормально им приходилось. Потому как они с рождения были воспитаны другими охотниками и самой тайгой. Они с малых лет назубок вызубрили суровые законы и знали, как действовать в любой ситуации — будь то мороз под пятьдесят или встреча с медведем шатуном. Они знали, что делать если провалишься под лед, знали, как срочно обсушиться, как отыскать еду в зимнем лесу, как уберечься от обморожения.

И не просто знали. Знание без умения ничего не дает. Это пшик. Фикция. Любой, кто бравирует своими знаниями, но не обладает в этой области практическими умениями — просто хорошо эрудированный придурок.

Охотники же не просто знали, а еще и умели это делать. Причем делать обыденно и привычно. И не считали свои знания и умения чем-то выдающимся.

Это и была главная истина, что открылась мне, когда я глядел в искаженное лицо вмерзшего в лес старика. Старик не был готов. И поэтому погиб. И сейчас, оглядываясь назад, я понимаю — нам, выпавшим из рухнувшего на холм тюремного креста, попросту повезло добрести до Бункера.

Истина проста. Если я хочу выжить и добиться своих целей — я должен стать своим в этих землях. Но своим здесь не стать, если просто регулярно наведываться на охоту. Этого мало. Нужно больше рисковать. Большим жертвовать. Большее превозмогать. И учиться, учиться на каждом шагу, старательно овладевая азбукой выживания.