Онлайн книга «ПереКРЕСТок одиночества 4»
|
Технологии этой планеты мистичны и алхимичны. Сравнение не мое — Милены. Это она, отказавшаяся от натерших ей культи протезов, отоспавшаяся, натянувшая легкий шорты и майку без лифчика, чем изрядно смутила всех старавшихся теперь смотреть в воздух над ее головой стариков, усевшаяся в самодельное кресло на колесах, бодро каталась по соединяющему три параллельно идущие комнаты коридору. Кресло было удобным, мягким и прежде оно принадлежало одному из самых знаменитых и уж точно самых суровых старцев правителей Пальмиры. Именно старец Пимен, что вряд ли было его настоящим именем, твердой рукой правивший Пальмирой семнадцать лет, внес изменений в почти монашеский здешний быт, одновременно набело переписав летопись убежища, убрав из него гигантские куски и повелев их уничтожить. Об этом нам поведал то и дело смущенно покашливающий Митомир, что ходил повсюду вместе с нами, то и дело присаживаясь ненадолго отдохнуть, но затем снова вскакивая и с энергией молодого возобновляя ходьбу. Тогда же он показал духовное сердце Пальмиры и рассказал ее истинную историю, пока мы медленно оглядывали до душевной боли знакомые и чуть пугающие контуры креста, выложенные по земле чередой камней. Совсем беспричинно, но мне вдруг показалось, что я стою в большом ангаре внутри очерченного обломками разбившегося и частично собранного для расследования причин авиалайнера. Вот там была кабина управления, а здесь тянулись ряды ныне обугленных кресел… Хотя на самом деле не было никакого крушения, зато чудесная история спасения имела место. Существовал и тот самый первый пальмирец — действительно неповторимый и единственный. Без него самого, без его смиренности и умения заводить друзей не случилось бы и Пальмиры. Вот только звали его иначе — Кириллом. Кем он был до попадания сюда неизвестно — он не оставил никаких упоминаний. Имелся и тот самый аквариумист, часть чьего облика была использована для создания общего образа первого патриарха Пальмиры. Но аквариумист Паша появился в Пальмире гораздо позднее и если чем и запомнился, так это действительно своими спасенными всеядными рыбками, что едва помещались в нескольких принесенных с собой посудинах… Так вот… Кирилл, смиренный серый человечек, отличался неприхотливостью и удивительной деловитостью. Этакая всегда заряженная энергией серая умная мышка… полностью и бесповоротно повернутая на всем растительном. Этим «недугом» Кирилл страдал еще с отроческих лет, как он однажды проговорился в вечерней беседе незадолго до своей мирной кончины. Оказавшись в кресте, он своим привычкам не изменил и уже на пятый год его тюремная келья радовала взор несколькими деревцами и кое-какими овощными культурами. Часть зеленых красивых деревьев он посадил так, чтобы их можно было видеть во время чалок с другими крестами — и это дало ему не только огромную популярность, но и вдруг открыло источник мелких благ. Все начали делиться с ним грязью, остатками испорченной пищи, кое-какими семенами — он принимал все, перерабатывал и добавлял ко всем растущему объему почвы. Еще через несколько лет Кирилл вдруг проснулся среди ночи и… увидел его — Чертура. Черный тюремщик в диковинном и похожим на водолазный костюм скафандре стоял у лежанки и задумчиво глядел на лежащего узника сквозь подсвеченное красным стекло. Потом тюремщик ушел — молча и не причинив вреда. А еще через пару дней проснувшийся Кирилл увидел в метровом удалении от своего драгоценного садика здоровенный ком, промороженный почвы. Земля уже успела подтаять и по чистому кирпичному полу побежали первые мутные ручейки. |