Книга ПереКРЕСТок одиночества 4: Часть вторая, страница 138 – Руслан Михайлов

Шашки — или брикеты? — упали на расстоянии метров четырех друг от друга и практически под ногами вырвавшихся вперед подпитанных «бегунов». Дальше я не видел — повернувшись, я рванул назад под прикрытие выдающегося в ущелье каменного языка. И едва успел нырнуть в вырытую нами пещерку, там в ущелье грохнул взрыв. Извернувшись, позволяя что-то кричащим старикам втащить меня глубже, я смотрел в ущелье и видел лишь густое облако снежной пыли. Никаких огней или светящихся нитей не просматривалось в этой мути.

Перевернувшись, я привстал, приготовил оружие и… замер, когда под ногами часто завибрировало дно ущелья. Через мгновение мимо нас пронеслась первая партия падающих на ходу ледяных глыбы — похоже, этим взрывом я устроил нечто вроде лавины. Когда первые огромные обломки докатились до оседающей облака снега, оттуда показались изуродованные взрывом три светящиеся фигуры и в них тут же ударило все то, что сходило по склону. За первой партией пошла вторая, а затем вниз катилось и катилось без перерыва. Все это напоминало уже не сход лавины, а вход длинного железнодорожного состава в стену, когда вслед за локомотивом вагоны один за другим врезаются в препятствия, сминаются, разлетаются в сторону и продолжают продвигать гибельный шар все дальше и дальше. Грохот стоял чудовищный, нас немилосердно трясло. Мы все пытались докричаться друг до друга, но это были бессмысленные попытки, вызванные скорее шоком от происходящего, чем продиктованные необходимостью — сейчас невозможно было что-то предпринять. Эта та самая ситуация, когда просто надо сжаться в комок и ждать завершения всего этого…

К нам один за другим ввалились приползшие из муравьиного лаза спутники. Я машинально пересчитал их — все на месте. Милена подползла ближе ко мне, таща на спине рюкзак. На ее побелевшем лице читался откровенный страх, но никак не паника — а это два абсолютно разных состояния. Я едва различал ее в захлестнувшей нас колкой снежной мути. Напади сейчас враг — я его даже не увижу.

— Там везде трещины! — прокричала Милена, тыча рукой в стену, воспользовавшись тем, что грохот начал быстро утихать — Весь проход в трещинах! Все эти ледяные плиты могут отслоиться от камня в любой момент!

— Понял! — крикнул я и привстал, стряхивая с себя немалый слой нападавшего снега — Сейчас!

Последний ледяной «вагон» промчался на огромной скорости мимо с полминуты назад и звук удара я услышал с большим запозданием — похоже, он проскочил по освободившемуся ущелью до самого конца. И это одновременно хорошо и плохо — противника мы возможно отбросили далеко назад, но теперь им куда проще и легче вернуться по свободной от препятствий дороги.

Убедившись, что внизу не вижу ничего кроме облаков не желающего оседать снега, я повернулся и посмотрел наверх. Там видимость была чуть лучше. Я увидел сильно опустевшую, но не полностью освободившуюся часть ущелья и даже заметил верхнюю дугу входа в тоннель. Я уже не раз и не два ходил здесь. Опыт позволил прикинуть почти сходу прикинуть пару маршрутов и выбрать из них один.

— Уходим наверх! — крикнул я, стягивая оружейный ранец и опускаясь на колени рядом с Миленой — Все уходим! Я впереди — остальные идут за мной!

Когда Милена обхватила меня, я поднялся с колена почти без натуги — вот она наглядная польза моего активного образа жизни… — и первым вышел из-за надежного скального выступа, без раздумий шагнув в все еще ворчащее растревоженное ущелье.