Книга Суровые земли, страница 67 – Руслан Михайлов

— Хотя…

Кроу успел осмотреть светящееся «ядро» и пришел к выводу, что, если перефразировать, по голове его ударил не просто булыжник, а самый настоящий серебряный самородок. Конкретней и без лишней патетичности — в его темную норку залетел функционирующий магический светильник, чьего заряда хватит еще часов на десять работы, вещь крутая, серьезная, стоящая довольно больших денег. Очень яркая, с большой серебряной руной, служащей универсальным переключателем.

Одно легкое касание — и «светляк» прекратил мигать, загорелся ровным приятным светом, ярко осветив гробницу, прогнав тени из каждого угла. Понятно, что «по-честному» надо бы вытащить чужую штуковину за порог. Но Кроу был в здравом уме и крайне злопамятен — будто мамонты, что вымерли от лютой злобы, когда увидели своих бритых собратьев. Он оставит светильник себе. И ежели сюда вдруг явится сотник Вурриус и начнет что-то заикаться про кражу государственного имущества — вот тогда тут разразится дикий скандал, а протяжное эхо начнет разносить злобные вопли типа: «я вашей лампой контуженный!», «не троньте припадочного!», «абажуром убить хотели, злодеи?!», «специально в меня метили, гады?!», «позовите прокурора!», «требую компенсации!», «я буду жаловаться в ГНОМОН!».

И ведь дело выгорит. «Местные» — которые добропорядочные — крайне сильно уважают собственность игроков. Посему наказания гном не боялся, опять же, он и с места не сдвинул залетевший сюда «светляк», оставив его в месте приземления. Словно так и было. Он ведь всего-то переключил с мигания на ровный свет — если что, скажет с надрывом слезным: «Глаза! Глаза миганьем резало!»

Удовлетворенно улыбаясь мелкой пакости, гном окончательно решил, что оставит «подарок небес» себе. Пока размышлял, добрался до выхода и взглянул в сторону, где последний раз видел отряд. Никого и ничего, лишь ледяной ветер свистит по торосам… черт! Тут и правда торосы появились! Высота ледяных груд достигала метров трех, а в некоторых местах и четырех метров. Снежное поле шло от границ сторожевого поста к его середине, отчего местность приняла вид огромной воронки с пологими краями, где самой нижней точкой был центр Серого Пика и родной холм Кроу.

— Не нравятся мне ваши пейзажи, госпожа природа! — проорал гном с лихостью, спешно одеваясь, а затем бросаясь вниз, к заваленным снегом складам.

Гном был несправедлив, когда говорил о постигшей его черной полосе. Ничего подобного! Ведь если трезво мыслить и оценивать, ему досталось два подарка — готовое просторное помещение в толще холма и долго работающий светильник.

Если соединить оба подарка вместе, что получится в итоге?

Ответ — просторный и хорошо освещенный подземный склад с удобным и просторным входом! И посему надо срочно показать, что щедрость богов вполне оправдана.

Гному не однажды приходилось доказывать миру, что его старание и упорство может превзойти только дождевой червь, вся жизнь коего — упертое пробивание вслепую сквозь сырую грязь. В мире том Кроу мог сравнивать себя с червем лишь метафорически, в мире этом, в Вальдире, он и был червем, пробивающим плотную земную толщу — не без успеха, надо сказать. Посему Кроу не стал тратить время на горестные вздохи, предпочтя взяться за дело.

За следующий час он перетаскал в свежесозданную хомячью нору уцелевшие припасы, забирая все без разбора — начиная с посуды и заканчивая бревнами, хворостом, особо большими камнями. Некогда достаточно просторная «гробница в холме» или же «склеп под холмом» оказалась наполовину забита пожитками страдальцев, рассортированными кое-как, но с заботливо оставленными проходами.