Книга Темнодружье, страница 111 – Руслан Михайлов

Городской музей.

Вот куда меня привела цепочка следов.

Именно сюда в один из залов были помещены найденные в развалинах храма культовые предметы и остатки фресок. И у меня была веская причина отыскать эти предметы и хорошенько изучить их с лупой – и причина выглядела как скелет-марионетка в разноцветной тканной жилетке.

Здание музея впечатлило меня многим. Своей внушительной солидностью. Обилием резные колонн по фронтону. Количеством каменных фигур по периметру крыши. Большими дверями гордо стоящими в конце невысокой лестницы с вычурными каменными перилами. Кованым забором и наглухо закрытыми воротами с прислонившимся к ним старичком сторожем, мирно полирующего здоровенный кинжал. Двумя патрулирующими двор псами, вполне могущими оказаться близкими родственниками собаки Баскервиля.

В общем – объект выглядел неприступным. Во всяком случае для такого мелкого воришки как я.

Нереально.

Я легко смогу преодолеть забор и спокойно взберусь по стене здания. Может быть я даже сумею избежать внимания пожилого сторожа. Но собаки во дворе… и статуи по периметру крыши… их мне не миновать. Собаки порвут меня на мелкие клочки. А если среди застывших на крыше статуй есть хоть один охранный голем – а он там точно есть – меня прибьют как таракана осмелившегося залезть на обеденный стол.

Что ж. Всегда есть более легкий путь – дождаться утра, купить билет и зайти внутрь законопослушным посетителем, не боясь сторожей, собак и големов. Найти нужный зал, изучить найденные в развалинах культовые предметы. Да. Это звучит как простой и действенный план.

— Добрый вечер, уважаемый – с улыбкой подступил я к старичку сторожу.

— Доброго вечера, подозрительный чужеземец! – неожиданно густым басом изрек дедушка и чуть ли не проткнул меня острым взглядом.

— Почему подозрительный-то? – оскорбился я, прижимая руки к потрясенному тяжестью намека сердцу.

— Кто его знает – солнечно улыбнулся сторож и, достав из внутреннего кармана длиннополой куртки флягу, приложился к ней. Мне напитка никто не предложил. Просить я не стал. Только сглотнул тяжко цифровую слюну и продолжил диалог:

— Ну… вам по должности положено сомневаться в каждом.

— Тоже верно, чужеземец. Чего хотел?

— А где можно узнать часы работы сего прекрасного музея?

— А вон доска к забору приколочена.

— Где?! – поразился я.

Я специально смотрел – не было нигде никаких досок с часами работы. А сторож уверенно тычет пальцем… в дерево… отсырели от вина мозги его? Или?

Все же «или». Дед был вполне в своем уме и твердой памяти. Доска обнаружилась за раскидистыми ветвями очередной плакучей ивы, прикорнувшей у кованого забора. Ладно… кивнув старичку, я шагнул к доске. И был остановлен короткой фразой:

— Вот только смысла нет глядеть на доску.

— А чего так? – напрягся я, почувствовав очередную преграду.

— Закрыт музей.

— Понимаю. Час поздний уже.

— Да нет, чужеземец. Вообще закрыт. Работы там проводятся. Фонды проверяются. Мелкий ремонт ведется. Ковры и гобелены починяются – с удовольствием взялся перечислять сторож.

— Ох… так завтра музей не откроется?

— Куда там! Ни завтра, ни послезавтра. Работы там много.

— И что же делать?

— Ждать.

М-да… не хочу я ждать неизвестно сколько. Или известно сколько?

— А сколько дней еще музей будет закрыт?