Книга Пепел доверия 1, страница 89 – Руслан Михайлов

Там, где «клинит» одного, весьма вероятно «пробуждение» — или даже не знаю, как это назвать — еще одного или нескольких таких же безумцев.

Активация?

Пугающее словечко в данном случае.

Но подходит по смыслу. В ничего не подозревающем человеке гнездится нечто спящее, ждущее своего часа, медленно растущее. Он и сам бы «обратился» так сказать, но позднее и в свой черный час, однако, когда это происходит с находящимся поблизости бедолагой — «щелкает» и у него, будто чужой «клин» служит неким катализатором для остальных «спящих». Ох, сколько терминов я накрутил. Аж самому тошно стало. Но это тоже привычка — подбирать подходящий термин. Так проще обобщать.

И последнее — они не нападают друг на друга. Я специально пошел проверить несколько страшных видео и убедился — не нападают. Игнорируют друг друга полностью. Не помогают и не нападают.

И что в итоге?

Людные места, одновременное пробуждение находящихся рядом друг с другом «спящих», ненападение их друг на друга.

Охренеть итог…

Если это все правда, то… то тот аноним с его пугающими пророчествами полностью прав — такой штуки, как доверие, больше нет. Доверие сгорело… обратилось в пепел. И бросив взгляд на работающих у бытовки мужиков, я перевел глаза на лежащий на сиденье рядом топор. Доверия нет ни к кому…

Чуть собравшись с мыслями, я включил аудиозапись в Телеграм и записал сбивчивое, прыгающее с темы на тему длинное голосовое Бажену, в конце попросив написать, что он об этом думает. Едва я закончил говорить и нажал «отправить», сзади послышалось тарахтение движка, а следом раздался радостный вопль:

— Нет вы видели, а⁈ Едва березы не снес брюхом!

Обернувшись, я увидел подъезжающего на здоровенном квадроцикле молодого парня в красной бейсболке, красной клетчатой рубашке, красных шортах и солнцезащитных очках с красной оправой и отливающими краснотой зеркальными линзами. Квадроцикл тоже был красным.

Поравнявшись со мной, парень водрузил очки на козырек бейсболки, протянул мне руку и широко улыбнулся:

— Здорово! Я Терентий. Криптоинвестор, бизнесмен, стиляга по жизни.

Странно, но несколько следующих мгновений я воспринимал его не как живого человека, а скорее как анимированный рекламный баннер или даже рекламную врезку, что, как всегда, выскочила в самый неподходящий момент, резко контрастируя своей цветной яркостью с мрачной и гнетущей атмосферной просматриваемого фильма о спятивших людях, что рвут на части себе подобных. У меня даже рука дернулась, чтобы как-то смахнуть с экрана эту улыбающуюся яркость, но я сдержался и, приходя в себя, выбираясь сознанием из мыслей и нехороший новостей, улыбнулся в ответ:

— И вам добрый день. С самолетом все обошлось — уже сели в Домодедово.

— Да я прочитал, — он стащил бейсболку, часто закивал, демонстрируя обширные залысины.

Ему на вид едва за двадцать, но морщины в уголках глаз выдают истинный возраст, и парню скорее в районе двадцати семи. И это уже хорошо — не люблю я общаться с нынешним молодняком. Нет, я не из тех, кто кричит, что раньше было лучше, а молодежь была иной. Вовсе нет. Но я, видимо, уже миновал тот возраст, когда юношеские темы казались интересными или хотя бы отчасти понятными.

Стоп. Какие я сейчас слова сложил вместе? «Юношеские темы»? А это словосочетание вообще используется в этом веке?