Онлайн книга «Беседы палача и сильги»
|
— А ты? — Я? Что ж… времена меняются, Рург. Меняются и люди. Я… я не знаю. Но у меня есть причины верить в эту мудрость… Старая горская мудрость гласит — из долин внизу приходит лишь ненасытное зло. Мысленно повторив эти нелестные слова, я пожал плечами, отчего с плеч куртки сорвались снежные хлопья и признался: — Не ожидал… — Не обижайся, Рург. Как я и говорил — времена меняются. Отныне к Трорну ведут не узкие тропки, а широкие торговые пути… люди гор и долин отныне живут бок о бок… — Алый Король Аршах Безжалостный — тихо произнесла сильга, сделав крохотный шажок вперед. Тревожно глянув на окаменевшее лицо Часира — вот уж какого долинного короля не следовало поминать в этом месте — я пробормотал: — Горцы не любят вспоминать о… — Пусть продолжит! — оборвал меня старый горец. — Отродье Жамгр — вот как называли его горцы в те времена — ответила Анутта — Так записано в сестринских хрониках тех лет. Часир тяжело кивнул: — Да. Проклятый отпрыск Жамгр… кровь от крови ее… — Нам надо идти дальше — напомнил я, отступая от края глубокого ущелья — Эта река тянется до самого пика? — И уходит выше — неохотно ответил мне один из молодых горцев, упорно не глядя мне в лицо — Реку Жамгр можно пройти только Йокнукхуром — повернувшись, он вытянул руку и уставил ее в сторону нависшего над нами пика. Вглядевшись, я невольно ахнул и подался вперед всем телом. Глаза обманывают меня? Да нет же… рядом раздалось потрясенное оханье сильги, ее пальцы с силой стиснули мое запястье: — Ледяной сказочный мост! — выдохнула она — Настоящий! — Да уж — невольно признал я — Сказочный мост… Почти у самой скалы глубокое русло пересекал белоснежный арочный мост. Ледяные шипы, колонны и огромные сосульки служили ему лучшим украшением, а сам он был настолько высок, что выглядел слишком крутым даже для пеших путников. Да… вот такие мосты рисуются умелыми художниками в старых сказках… а еще в этих сказках говорится, что пересекшие такой мост окажутся в другом мире и никогда боле не вернутся назад… По въевшейся привычке я то и дело оглядывался и заметил потрясенные лица молодых горцев. Они здесь впервые. И увиденное поразило их столь сильно, что они не сумели сдержать рвущегося наружу восторга и… суеверного ужаса. Заметив страх в глазах самого молодого, я сразу вспомнил, что этот мост ведет к бурому скальному пику, в чьем чреве погребены те, кто был жестоко замучен назад. Многие боятся гнева мертвых, забывая, что бояться следует подлости живых… Жестоко замученные… эти слова опять всплыли в моем разуме, и я тревожно повернулся к стоящей рядом сильге, но с моих губ не сорвалось ни звука — я снова прочел в чужих глазах все ответы. Она помнила, знала и боялась. Ее пальцы нервно стиснули рукоять меча, она сделала крохотный шажок в сторону моста, в то же время подаваясь назад верхней частью тела назад. Если верно утверждение, что души жестоко пытаемых до самой смерти несчастных обращаются в нечто злобное и потустороннее… то сколько же кхтунов может оказаться в той уже древней гробнице? * * * Они придержали лошадей и отстали. Сначала я не понял. Перестав слышать стук копыт, я в недоумении оглянулся и увидел всех своих спутников в десятке шагов позади меня. Все они такие разные, жители гор и долинная сильга, смотрели на меня с удивительно одинаковым выражением лиц. Легкое ожидание, снова немного суеверного страха, беспокойство и… какое-то детское нетерпение. |