Книга Аристократы улиц 2, страница 139 – Александр Майерс

— Одиннадцать, — вздохнула мама. — Для меня это тоже был страшный день, не напоминай.

— Я к тому, что целитель даже с такой раной справился. А плечо — подумаешь. Мелочь.

— Мы не хотим терять тебя, Эспер, — вмешалась Белослава. — К тому же если ты погибнешь… Что станет с нашим родом?

— Полагаю, что рода Терновских больше не будет. Ты выйдешь замуж за Петра и станешь частью его рода, а мама… Что же, для такой прекрасной женщины тоже наверняка найдётся достойная пара.

— Что за дурацкие разговоры! — покраснела мать.

— Прости, дорогая, — улыбнулся я. — Послушай, есть одна просьба. Если Влад или князь Грушецкий предложат помощь в поиске убийц — откажись, хорошо?

Помедлив, мама кивнула:

— Хорошо. Но почему?

— Долго объяснять… Если вкратце, нам нужно самим разобраться с этим.

По маме было видно, что она хотела поспорить. Но не стала. Вместо этого осторожно обняла меня и поцеловала в лоб:

— Отдыхай, Эспер. Тебе нужно выспаться. Позови меня, когда проснёшься, хорошо?

— Хорошо, как скажешь, — сказал я и послушно закрыл глаза.

Мне действительно требовался отдых.

Не помню, когда я в последний раз спал так крепко. С тех пор как мы приехали в Дальнегранск, я всё время был в заботах и как будто даже во сне решал различные трудности и задачи.

Но теперь, после неслабой кровопотери, мозг отключился, и я по-настоящему, как следует выспался.

Неплохой способ восполнить силы. Лучше сонного зелья. Но злоупотреблять им я, конечно, не буду.

Проснулся я только на следующее утро. Не сразу понял, где нахожусь. А потом вдруг вспомнил, что я вернулся в княжество и лежу на хорошей кровати в роскошной спальне, в своём новом поместье.

Оно, конечно, не совсем моё, князь Грушецкий отдал мне землю и дом в бессрочное пользование, как вассалу. Но всё равно, можно считать эти стены своими.

Так что я чувствовал себя хорошо. Ровно до того момента, как рядом не раздалось осторожное покашливание.

Я повернулся и увидел сидящего рядом на стуле человека в чёрном. Он улыбнулся мне и сказал:

— Доброе утро, барон.

— Доброе утро, господин Шилов. Какого чёрта вы здесь делаете?

— Как грубо, — хмыкнул Евгений. — Вы сами как думаете, что я здесь делаю?

— Понятия не имею. Поэтому лучше вам объясниться, и поскорее, — потребовал я.

— Какой вы грозный. Поумерьте пыл, ваше благородие, — нахмурился Шилов. — Нам предстоит серьёзный разговор.

— Вы опять приехали ко мне с какими-то требованиями? — садясь на кровати, спросил я. — Более того, ворвались в мою спальню?

— Я не ворвался, — пожал плечами агент. — Меня впустила ваша мать, госпожа Есения. Прелестная женщина, должен заметить.

Пропустив комплимент мимо ушей, я сказал:

— Выйдите. Мне нужно привести себя в порядок. Подождите где-нибудь внизу. Я позову вас, когда буду готов.

— Боюсь, что разговор не терпит отлагательств, — сказал Шилов.

Я не выдержал и распалил Взор. Откинув одеяло, встал и указал пальцем на дверь:

— Прочь, агент. Мне надоела ваша наглость. Ещё хоть слово — и я вызову вас на дуэль.

Евгений медленно поднялся. В глубине его карих глаз тоже заплясали искры Взора. Алые, как кровь.

Как кровь Петра Бехтеева, которую он пролил в гостинице Дальнегранска.

— Пустая угроза, — сказал Шилов. — Вы прекрасно знаете, что агентам Чёрного орла запрещено проводить дуэли.