Книга Мастер драгоценных артефактов 2, страница 112 – Александр Майерс, Олег Сапфир

Мы договорились, что я предоставлю им один большой дом для всей семьи и мастерской. И несколько поменьше — для тех, у кого уже свои семьи. Плюс поле, где они смогут сами выращивать еду — часть потомков предпочла стать земледельцами, а не заниматься ремеслом. Также я пообещал вдоволь мяса.

Взамен — работа. Кожа, ткани, одежда.

— Согласны, ваша милость, с радостью, — кивнул Никифор. — Только хватит ли у вас материала для такого количества мастеров?

— Пойдёмте, — улыбнулся я.

Я отвёл их к одной из кладовых, распахнул дверь и театральным жестом указал на содержимое.

Они вошли и присвистнули.

Комната была завалена шкурами. Волчьи, оленьи, медвежьи и прочие. Большие и маленькие. Накопилось за месяцы охоты. Плюс уже выделанная кожа, плюс разная ткань — от обрезков до нормальных рулонов.

— У вас что, вообще никто не умеет шить? — спросила Светлана.

— Умеют. Просто накопилось, — пожал я плечами. — Только что вы сможете из всего этого сделать?

— А мы сейчас покажем! Идёмте, господин, — Никифор махнул рукой.

Мы отправились во двор. Там они сняли с телеги и показали мне несколько своих изделий.

Сапоги, ремни, кожаная куртка, подбитая мехом. Тёплое шерстяное платье, лёгкая юбка, изящные туфельки. Толтые варежки для работы в кузнице, укреплённые перчатки, которые пригодятся в шахте или на строительстве. В общем, ассортимент на любой вкус и для любых нужд.

Я осмотрел каждую вещь. Швы ровные, кожа мягкая, подкладка аккуратная. И на самих Кондратьевых одежда хорошая — не сапожники без сапог.

— Похоже, мы с вами договоримся, — с улыбкой сказал я.

Мы обсудили ещё кое-какие детали, после чего я выделил им солдат для охраны и отправил в деревню.

К вечеру поехал проверить — и заодно перевезти шкуры. Загрузили несколько телег: шкуры, кожи, ткани от Ильи, добыча с бандитов. Много у нас всего накопилось, что пригодится нашим новым ремесленникам.

Когда приехал, то с удивлением заметил, что строители успели возвести ещё один каменный дом появился.

А семью Кондратьевых заселили в большой деревянный дом. Хотя вообще-то он строился под общинные нужды.

Степан, завидев меня, сразу же подбежал, придерживая шляпу.

— Ваша милость, ваша милость! Правильно ли я сделал, скажите? Люди важные, сразу к работе хотели приступить. Жалко было держать их на улице. Я подумал — без общинного дома как-нибудь проживём, а этим крыша над головой нужна.

Я посмотрел на него. Потом на дом, из которого уже доносился стук и голоса — кожевники обустраивались.

— Наконец-то ты понимаешь, как нужно вести дела, — сказал я. — Молодец.

Степан просиял.

Он и правда всё сделал как надо. Никакого простоя. Люди приехали — люди работают. Так и должно быть.

Поглядев на поля, где уже пробивались всходы, я зашёл к Тихону. Распорядился проверить внуков кожевников и выделить зелья. Каждый день давать им определённую норму, чтобы детишки крепчали и не болели.

Почему я так спешу? С домами, с одеждой, с урожаем, с зельями для здоровья?

Да потому что все вокруг твердят: скоро зима.

Обычно в этих краях не особо холодно. Но раз в три-четыре года бывают лютые зимы. После них и людей много гибнет, и зверей в лесу.

А эта зима, по приметам, как раз будет именно такой.

Потому-то мне нужны тёплая одежда, запасы еды, дрова и прочее.