Книга Мастер драгоценных артефактов 5, страница 111 – Александр Майерс, Олег Сапфир

— Что достало, господин? — спросил дед Макар, который как раз принёс очередную охапку бинтов.

— А вот напомни мне, когда зима закончится, снести это имение ко всем чертям!

Макарыч побледнел и чуть не выронил бинты.

— В смысле снести, господин? — пролепетал он.

— В прямом! Взять и снести подчистую. Бесполезные трущобы!

Злился я по-настоящему, и прежде всего на самого себя. Потому что сегодня я понял со всей ясностью осознал: моё имение — самое слабое место во всех моих владениях.

Я отгрохал стены вокруг полей и шахт, построил крутейшую таверну — а сердце графства как было кучкой деревянных строений, так и осталось.

А будь у имения нормальные стены, настоящие башни, защитные артефакты — ничего этого не случилось бы.

В нормальном доме враг не смог бы занять кузницу, и его не пришлось бы потом оттуда выкуривать — двери просто не открылись бы для чужаков. А если бы они каким-то чудом и пролезли — сработала бы автоматическая защита.

— Всё, — сказал я твёрдо. — Хватит. Пора с этим кончать.

Я посмотрел на Макара, на десятников, на раненых бойцов. А они все смотрели на меня.

— Шахта сейчас пашет на полную, и это хорошо. К весне у нас будет вдоволь камня и кристаллов, чтобы развернуть нормальное строительство. Я больше подобного не допущу! На воротах поставлю такой сканер…

— Сканер? — переспросил Макар, хлопая глазами. — Это чего такое, господин?

Остальные тоже недоумённо переглядывались.

— Не берите в голову, — отмахнулся я. — Считайте, что сегодня вы своими глазами увидели, как ваш граф облажался. Но больше такого не повторится. Даю вам слово!

Я выдернул из развороченного нутра последнего автобуса крохотный кристалл, повертел его в пальцах и аккуратно положил в общую кучу.

Всё. Готово.

От восьми бронированных махин, что ещё три дня назад чадили посреди двора, не осталось ровным счётом ничего. С помощью солдат я разобрал их подчистую, до последнего болта. Груды железа, мотки проводов, россыпи разнокалиберных камней и артефактов — вот и весь итог. Бывшая гордость Стальбурга превратилась в аккуратно рассортированный металлолом.

— И всё-таки, — Катарина, кутаясь в тёплую шаль, ходила вокруг разложенных деталей и поглядывала на меня с укором. — Тебе не жалко? Такая мощная техника, редкая. Ездила сама, грелась сама… А ты её на гайки разобрал.

— Ни капельки не жалко, — честно ответил я, разгибая затёкшую спину. — Эти автобусы были под завязку набиты артефактами, и половина из них — следящие. По ним нас могли отыскать в два счёта. А парочка вообще была с сюрпризом — рванули бы так, что от имения одна воронка осталась. Я их потому и ковырял так долго, по одному обезвреживал. Чуть зазеваешься — и привет.

Я подцепил тот самый последний кристалл, который только что вытащил, и показал ей.

— Вот этот, например. Маленький, безобидный с виду. А внутри — такой заряд, что меня могло на атомы разнести.

— Что такое атомы?

— Ну… на маленькие-маленькие кусочки. Такие, что невооружённым взглядом никак не увидишь, — ответил я.

Катарина повертела камешек, хмыкнула и положила обратно.

Я устало выдохнул и плюхнулся прямо на штабель снятой автобусной брони.

Целых три дня я возился с этим хламом. Думал, за вечер управлюсь — ага, как же. Каждая железяка норовила цапнуть напоследок, каждый артефакт приходилось разряжать вручную. Вымотался так, что и не передать.