Книга Бруталити-шоу 2, страница 122 – Александр Майерс

Надо помнить, что мы не в октагоне. Вокруг нет клетки, которая может помочь устоять. Правил тоже нет — можно бить в пах, по глазам, кусать и рвать. И нет задачи вырубить соперника или заставить его сдаться, надо всего лишь столкнуть.

Платформа квадратная, где-то три на три метра. Места для маневров мало, схватка будет быстрой и стремительной.

Мы встретились в центре площадки и сразу же столкнулись в клинче, пытаясь оттеснить друг друга к краю. Грайм был опытней в борьбе, чем я — он постоянно менял положение рук, дергал меня, расшатывал корпус, пытаясь всяческими способами лишить равновесия. И у него получалось, потому что я действовал большей частью интуитивно.

Казалось, что я прикладываю не меньше сил, но все-таки Грайм почти сразу вытеснил меня из центра и приблизил к краю платформы. Я попытался вырваться из захвата, но не тут-то было — соперник крепко держал меня за комбинезон. Я выбросил удар коленом в грудь Грайма, но и это не помогло — через секунду он вытолкнул меня за пределы площадки.

Один-ноль, и не в мою пользу. Хреновое начало.

Грайм отошел обратно в центр и приглашающе махнул рукой. Я забрался обратно на вершине и кинулся вперед. Что ж, борьба не мой конек — значит, попробуем иначе!

Я с разбегу выбросил ногу — прямой, отталкивающий удар. Грайм почему-то не ожидал такого, и отшатнулся, едва успев поставить блок. Но он быстро пришел в себя и, уклоняясь от ударов руками, снова взял меня в захват.

Я даже не пытался бороться или вырваться. Просто удерживал равновесие, насколько мог, и бил — локтями сверху, коленями снизу. Локти дали ощутимый эффект — на затылке у Грайма открылось рассечение, но он, несмотря на это, продолжал смещать меня к краю, сантиметр за сантиметром. То, что я наносил удары, не помогало удержаться на месте.

Да, я нанес противнику урон. Разбил ему затылок, выбил воздух из легких, несколько раз воткнув колено в живот и ребра. Но в конце концов он опять скинул меня с платформы — и на этот раз даже ухитрился приподнять и бросить. Я едва не покатился вниз, и зарычал от ярости.

Надо что-то придумывать! Нельзя давать ему себя схватит. Площадка слишком маленькая, долго кружить вокруг не выйдет. Вся надежда на одно вырубающее попадание.

Грайм пощупал затылок, поглядел на окровавленные пальцы и покачал головой. Мол, нехорошо. Он явно как следует прочувствовал эти локти. В какой-то момент мне даже показалось, что Грайма повело — если бы я врезал еще разок-другой, то мог бы отправить его в нокаут. Увы, не успел.

Я поднялся на верхнюю ступеньку и пару секунд подождал, пока Грайм отойдет от края, но он не собирался этого делать. Я пытался было подняться, но чуть не получил ногой в лицо. Я нахмурился и вопросительно развел руками — мол, мы так не договаривались. План состоял в том, что мы будем запускать соперника обратно на вершину и честно пытаться выбить друг друга. Но похоже, получив два очка, Грайм не хотел терять столь существенное преимущество, и мысленно послал на хер и меня, и план.

— Не пускай этого ублюдка! — прокричал кто-то снизу.

Я уже и забыл, что внизу стоят игроки и наблюдают за нашим противостоянием. Действительно, что им еще остается.

Ладно, Грайм. Не хочешь играть по правилам? Тогда я тоже не буду.

Я несколько раз дернулся из стороны в сторону, а потом вдруг резко сорвался вправо и побежал. Запрыгнул на вершину и сразу же встретил бегущего на меня Грайма прямым ударом в колено. Он вскрикнул и едва устоял на ногах. Отступил, хромая и стискивая зубы.