Книга Изгой, страница 40 – Александр Майерс

Пришлось досрочно передать акции Цитаты, положенные по Александру по наследству. Пока, конечно, он не владеет ими напрямую. Но всё равно ухитрился войти в совет акционеров и заставил графиню бороться за власть в собственной компании.

Но главное даже не это. А то, что князь заставил Зинаиду подписать обязательство о неразглашении.

В нём говорится о том, что могло бы сильно пошатнуть могущество рода Грозиных… Такие вещи опасно знать. Поэтому, если подумать, даже хорошо, что она подписала ту бумагу. Ну а так она вроде бы не имеет права ничего рассказывать.

И тем не менее, графиня чувствует себя униженной. И весь гнев перекидывает именно на мальчишку-бастарда, потому что злиться на Григория она просто не может себя заставить.

— Здравствуйте, Зинаида Валерьевна, — здоровается Максим, холодно глядя сквозь графиню. — Присаживайтесь.

— Сто лет не виделись! — Белозерская продолжает играть дружелюбие. — Как же ты возмужал.

— Не надо лишних любезностей, — говорит Максим и поправляет стоящую на блюдце чашку.

Слегка неаккуратное движение, и пара капель чая выплёскивается на блюдце. Юноша морщится и жмёт кнопку вызова официанта. Тот появляется немедленно.

— Унесите, пожалуйста. И принесите другой.

— Один момент, ваше сиятельство, — невозмутимо отвечает официант и ловко подхватывает чашку.

Зинаида недоумевает. Он попросил заменить чай лишь из-за того, что пролил капельку?

Она слышала, что Максим аутист и у него есть странности в поведении. Видимо, это одна из них.

— Скажи, как твой дед? — на сей раз с искренним беспокойством спрашивает графиня. — Я слышала, вчера было покушение.

— С дедом всё в порядке. Того мужчину убили.

— Боже, ну и кошмар… Не верится, что такое возможно в наше время! Вы узнали, кто нанял его?

— Это внутреннее дело Грозиных, — отрезает Максим и зачем-то повторяет: — С дедом всё в порядке.

Официант возвращается и ставит на стол новую чашку, а затем бесшумно испаряется. По комнате разносится терпкий чайный аромат.

— Я догадываюсь, зачем вы хотели встретиться, — говорит Максим. — Дело в том, что изгой вмешался в управление Цитатой.

Неожиданно. Не то, что сын Юрия догадался о цели встречи. А то, что он с таким презрением произнёс слово «изгой».

Белозерская считала, что раз Максим отдал Александру контроль над своей долей, то у них доверительные отношения. Получается, что это не так?

— Да, — скупо отвечает она. — Ты прав. Он, честно говоря, навёл шороху в совете акционеров.

— Я что-то слышал краем уха. Неудивительно, что вы хотите от него избавиться, — Максим вдруг коротко, но громко смеётся. — Все хотят от него избавиться. Грозины уже смогли, теперь очередь за вами.

— Разве так можно, — примирительно говорит Зинаида. — Он ведь твой двоюродный брат.

— Мерзкий бастард. А теперь ещё и изгой, — Максим выплёвывает это слово. — Не хочу иметь с ним ничего общего. Он думает, что мы друзья. Ха! Наивный дурак.

Он берёт чашку и делает глоток. Ставит её на место и долго поправляет, не мешая графине изумляться его поведению.

— Ладно, хватит о нём. Что конкретно вы хотите, Зинаида Валерьевна?

— Позволь задать вопрос, — осторожно начинает Белозерская. — Я верно понимаю, что тебе не слишком интересна моя фирма?

— Вы правы.

— Тогда я бы хотела выкупить твои десять процентов. Не сама, потому что у меня сейчас нет свободных денег. Но я намерена найти инвестора, и у меня уже есть заинтересованные…