Книга Изгой, страница 65 – Александр Майерс

— Зачем он это делает? — бурчит под нос Виталий, как будто говорит сам с собой.

— Очевидно, что хочет сделать публичное заявление, — пожимаю плечами. — Идёмте в комнату отдыха. Посмотрим все вместе.

— Ему не стоит выходить в прямой эфир прямо сейчас. Он ведь только пришёл в себя. Наверняка плохо выглядит.

— Какая разница, как он выглядит? Главное то, что он скажет.

— И что он собирается сказать, ты знаешь? — дядя испытующе глядит на меня.

— Скорее всего, речь пойдёт о титуле и о том, кто будет им владеть, — отвечаю я, встречая тревожный взгляд его глаз.

Нервно потирая руки, Виталий осматривается и тычет пальцем в сторону комнаты отдыха:

— Юрий там?

— Да.

Виталий бросается к комнате, я следую за ним.

Почему он вдруг так забеспокоился? Вероятно, что-то идёт не по плану. Уж не знаю, какие замыслы вынашивает мой средний дядя. Но, похоже, он рассчитывал, что Юрий заберёт титул себе. Теперь же вероятность этого стремится к нулю.

— Подожди в коридоре, — говорит мне Виталий, открывая дверь.

— И вы туда же? Я имею право здесь находится.

— Прояви уважение к старшим! — вдруг кричит он. — Нам с братом нужно поговорить наедине.

— Нет нужды повышать голос, дядя, — чуть хмурясь, отвечаю я. — Как скажете.

— Спасибо, — уже спокойнее отвечает Виталий.

Поправив очки, он закрывает дверь.

Как любопытно. Беру на заметку: у Виталия есть некий замысел, который рушится на глазах. А когда что-то идёт не по плану, он сильно нервничает. Надо учитывать это в будущем.

Только сначала понять, на что способен Виталий, когда находится на взводе.

Я уже знаю, что он не боится применять насилие. Чужими руками, само собой. И налёт на мамин магазин был заранее подготовлен. Не исключено, что в моменты паники Виталий сможет применить ещё более жёсткие меры.

На всякий случай звоню Виктору и прошу усилить охрану матери. А потом подхожу к солдатам возле княжеской палаты и говорю им:

— Будьте начеку, понятно? Мне поступили сведения об угрозе. Никому не позволяйте приближаться и передайте своим, чтобы заблокировали проезд. Пропускать только машины скорой и членов семьи Грозиных.

Солдаты переглядываются, и один из них спрашивает:

— Что за угроза?

— Через несколько минут князь запускает прямую трансляцию, — показываю экран смартфона. — Собирается публично сообщить важные сведения. Есть те, кто хочет этому помешать. Не исключено, что с помощью силы.

— Больница под охраной. Снаружи обстановку контролируют снайперы и вертолёт. Не переживайте, господин.

— Послушайте…

— Мы не принимаем от вас приказы, — твёрдо отвечает боец. — Мы служим империи, а не роду Грозиных.

— Знаю. Но у вас приказ обеспечить безопасность князя.

— Так точно. И мы выполняем этот приказ. А в интригах вашего рода, — солдат бросает взгляд в сторону комнаты отдыха, — не участвуем.

Ну да. Нашу короткую перепалку с Виталием они слышали. Можно догадаться, что к чему.

— Похвально, — киваю я. — Рад видеть, что вы твёрдо исполняете устав.

— Служу императору и Отечеству, — по форме отвечает солдат.

— Только вы должны понять, что от моей просьбы, — делаю акцент на слове «просьба», — зависит судьба Отечества. Потому что, если в Династии начнутся проблемы, это отразится на всей России.

— Повторяю, господин — мы не принимаем от вас приказы. И просьбы тоже, — добавляет боец.