Книга Наследник, страница 112 – Александр Майерс

Либо он пользуется другим телефоном, либо не хочет ни с кем говорить. Но зачем тогда вообще было предлагать участвовать в мятеже?

В любом случае рассылать такое предложение по обычной электронной почте глупо. Он же мог хотя бы воспользоваться Хамелеоном.

— Честно говоря, я не знаю, что это может значить, ваше сиятельство, — говорит Егор.

— Продолжай искать информацию. И поручи кому-нибудь из своих людей, пусть посматривают за действиями родов, которым писал Вронский.

— Уже поручил. Несколько родов уже официально объявили, что отказываются от участия в мятеже и остаются на стороне Череповых. Некоторые пока молчат. В публичном поле, по крайней мере.

— Хорошо. Держи меня в курсе, — говорю я и кладу трубку.

Только после этого разговора я, наконец, уединяюсь с глушилкой и вставляю в телефон одноразовую симку.

— Не могу говорить, — подняв трубку, сообщает Сергей. — Что-то срочное?

— Что с Вронскими?

— Они объявили о выходе из клана. Здесь сейчас все стоят на ушах, мне некогда. Делаем что можем. Послушай, — Черепов понижает голос, — я прошу тебя не вмешиваться. Не реагируй на провокации. Мы не знаем, кто это делает, но кто-то очень хочет столкнуть нас с вами.

— Я уже понял. Есть подозрения, кто это?

— Нет. Наша СБ работает над этим. Всё, до связи, — он кладёт трубку.

Каждая следующая новость оглушает всё сильнее. Сначала Вронские объявили военное положение, теперь намерены выйти из клана… Но почему? Это же безумие. Барон должен прекрасно понимать, что не выстоит против Череповых, а рассчитывать на то, что его поддержат другие роды клана, глупо.

Может быть, власть Череповых и шатается, но никто не хочет разрушать клан. Такие объединения строятся веками. Чтобы войти в сильный клан, надо приложить огромные усилия. Никто по доброй воле не согласится отказаться от той поддержки, что он предлагает.

Так почему же Вронские так легко объявляют о выходе? Кто и что пообещал им, раз они готовы рискнуть будущим рода?

Я даже предположить не могу, что может оказаться дороже, чем поддержка всеимперского клана. Или же… что может их напугать?

Идея загорается в моём мозгу, как будто луч солнца сквозь тучи. Хорошо, что я не успел вытащить и сломать сим-карту. Снова набираю Сергею. Он долго не берёт трубку, но я неумолимо продолжаю дозваниваться.

— Да! — шипит в трубку Черепов. — Я же сказал, мы…

— Вронских шантажируют, — перебиваю я.

— Что?

— Сам подумай. Ни один дворянин в здравом уме не захочет выйти из такого крупного клана, как ваш. Однако несмотря на давление, он отказывается идти на сделку с Медведевыми и ради этого даже готов воевать с вами. Есть два варианта. Первый — ему пообещали что-то такое, ради чего он готов рискнуть. Но я не могу представить размер такого куша. Второй вариант — ему угрожают. Всё, что делает Вронский, он делает из страха.

Сергей молчит и тяжело дышит в трубку, а затем произносит:

— Думаю, ты прав.

— Позвони ему. Или пусть князь позвонит. В этот раз не надо давить, проявите сочувствие и узнайте, кто и чем его шантажирует. Можешь сказать, что род Грозиных и Династия также будут на его стороне и сделают всё возможное, чтобы помочь. По крайней мере, убеди его в том, что ему не стоит подставлять свой род под угрозу уничтожения.

— Хорошо. Я понял, — говорит Черепов и кладёт трубку.