Книга Династия. Кукловод, страница 23 – Александр Майерс

Из памяти прошлого Александра всплывают какие-то смутные воспоминания, но я отгоняю их. Детали сейчас неважны.

— Слышал. Подними самые громкие дела и запусти в публичное пространство. Надо создать князю Жарову репутацию кровожадного психа.

— С этим мы опоздали, ваше сиятельство, — усмехается хакер. — У него и без нас такая репутация.

— Значит, надо напомнить обществу об этом. Действуй осторожно, он не должен понять, что это делаем мы. Или, по крайней мере, не должен суметь доказать.

— Хорошо. Приступаю.

— Спасибо, — говорю я и сбрасываю звонок.

Мой телефон снова на последнем издыхании. Ставлю его на зарядку и встаю, чтобы немного размяться. Я уже несколько часов не выхожу из этой комнаты, но такое ощущение, будто объездил всю Москву. Слишком много событий произошло, и останавливаться, кажется, они не собираются.

— Не могу дозвониться, — рычит Григорий Михайлович. — У него занято, приближённые не берут трубку.

— Давайте я попробую, — падаю обратно в кресло и набираю номер Андрея Жарова.

Чем чёрт не шутит, вдруг мой любимый одноклассник окажется настолько глуп, что…

— Чего тебе? — раздаётся его недовольный голос.

— Дай трубку отцу, немедленно, — даже не здороваясь, говорю я. — Князь Грозин хочет с ним поговорить.

— Мой отец занят, — отвечает Андрей, но его тон выдаёт волнение или даже страх.

— Ты что, плохо слышишь? — переключая на громкую связь, уточняю я. — Князь Грозин требует разговора.

— Да мне по**й, что он там требует! Твой дед считает, что мы его вассалы, или как⁈ Мой отец тоже князь, они равны!

— Вот сейчас осторожнее, Андрей. Ещё слово, и ты договоришься до новой дуэли или даже более серьёзных последствий, — твёрдо говорю я. — Немедленно передай трубку отцу, двум князьям нужно серьёзно поговорить.

Из динамика доносится полнейшая тишина. Похоже, Жаров-младший отключил микрофон. Надеюсь, совещается с отцом, а не просто слился.

— Я слушаю, — наконец, раздаётся хрипловатый голос князя Жарова.

Удовлетворённо кивнув, я передаю трубку дедушке. Он оставляет на громкой связи и говорит:

— Здравствуй, Илья. Можешь объяснить, какого чёрта ты творишь?

— А на что это похоже, Григорий? Я спасаю свою сестру.

— Останови это безумие. Ты что, никогда не слышал про дипломатию? Зачем так сразу угрожать войной? — спрашивает князь Грозин.

— Я не собираюсь вести учтивые переговоры, когда мою сестру держат под арестом, запугивают и обвиняют невесть в чём! — рычит в ответ Жаров.

— Виктория хотела узурпировать титул Череповых, и это всё равно будет доказано. Ты не имеешь морального права объявлять им войну, тем более сейчас. Ты ведь прекрасно знаешь, что происходит. Или ты хочешь, чтобы вся Россия начала пылать?

— Что значит узурпировать? Она носит фамилию Череповых и имеет право на титул, как вдова наследника, — игнорируя последний вопрос, отвечает Илья Романович.

— Ты думаешь, у неё больше прав, чем у дочери покойного князя? Мне что, напомнить тебе законы наследования⁈ — закипая, спрашивает дедушка. — Как бы там ни было, война не выход!

— Послушай, Григорий Михайлович. Я не знаю, в чём твой интерес и почему ты вдруг решил защитить своих злейших врагов…

— Я никого не защищаю. Я стремлюсь не допустить войны, — перебивает князь.

— Понятно. А вот я защищаю свою сестру. И не оставлю её на растерзание. В чём бы её там ни обвиняли, виновата она или нет — мне плевать! — восклицает Илья Романович. — Если придётся начать войну и утопить род Череповых в крови, я так и сделаю. Я дал им выбор, и теперь только от них зависит, чем всё закончится. Как глава рода, ты должен меня понять.