Книга Имперский Провидец 3, страница 36 – Александр Майерс, Виктор Молотов

— Мне больше нечего терять, — процедил он. — Вызываю вас на смертельную дуэль, барон Зорин!

Все, кто ещё остались в зале, замерли, наблюдая за дрожащим от ярости бароном Волковым. Он стоял так близко ко мне, что я ощущал его частое, полное ненависти дыхание.

Обычно отказ от дуэли означал, что вызывающий прав в своих претензиях. А на род отказавшегося накладывался позор.

Но в нашем случае это не сработает. Волков уже признан виновным через суд дворянской палаты, и всем будет очевидно, почему он так поступил. Что это его последняя попытка самому избежать небывалого позора… А его род после подобного уже не отмоется: его отец убил моего, а новый глава рода попытался уничтожить и меня. За что и поплатился.

— Смертельная дуэль? — я рассмеялся, спокойно поправив манжет. — Зачем мне с вами сражаться, Владимир? Вы уже проиграли всё, что только можно.

— Вы боитесь? — прошипел он. — Я так и знал!

Приставы тут же двинулись в нашу сторону, но судебный провидец поднял руку, останавливая их. Пока что не происходило ничего вопиющего — Волков имел право вызвать меня, и у него даже был формальный повод. Несмотря на то, что решение суда было справедливым, своё поражение мой оппонент мог истолковать как оскорбление.

Или, например, счесть за оскорбление слова Константина о том, что мы превратим родовое поместье Волковых в ночной клуб. Что так, что эдак — повод являлся надуманным, но формального нарушения дуэльного кодекса не было.

— Боюсь? Кого здесь бояться? — я пожал плечами. — Мы оба знаем, кто из нас более сильный провидец. И мне в любом случае нет никакого смысла с вами сражаться.

— Володя, пожалуйста… — Светлана положила руку ему на плечо, но он сбросил её и стиснул кулаки, не спуская с меня бешеного взгляда.

Она пыталась сгладить конфликт, чтобы не дать ее роду опозориться еще сильнее… Но брат её намёков не понял.

— Может быть, вы лучший маг, чем я. Но у вас не хватит смелости выйти против меня со шпагой! — Волков плюнул мне под ноги.

Недостойно дворянина так себя вести, но он всеми силами пытался меня спровоцировать.

Я медленно опустил взгляд на плевок у своих ног, затем поднял глаза, встречаясь с его взглядом. В зале стало так тихо, что слышно было, как кто-то из приставов нервно сглотнул.

— Владимир Андреевич, — произнёс я нарочито вежливо, — если вам так хочется умереть, найдите себе более достойный способ.

Я не собирался идти у него на поводу и соглашаться на дуэль. В данном случае для меня не будет никаких последствий.

— Григорий, я могу с ним сразиться! — не выдержал Константин и шагнул вперёд, но я жестом остановил его.

А вот жертвовать братом на этой дуэли — ещё более глупо, чем сражаться самому. Костя — не провидец, и наверняка проиграет. Нам подобный позор ни к чему. Не стоит давать Волковым ни единой возможности, чтобы хоть в чем-то одержать верх над нами.

— Спасибо, брат, однако барон, похоже, намерен погибнуть именно от моих рук. Хотя у меня нет никакого желания тратить на него свои силы, — строго сказал я ему.

— Вот и правильно, — фыркнул Костя. — Недостойно Зориных связываться с подобной швалью.

Повезло, что Костя быстро передумал. Он был достаточно импульсивен, но отнюдь не глуп. Быстро сообразил, к каким последствиям привело бы его предложение.