Книга Лекарь из Пустоты. Книга 2, страница 110 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Потом откинулся в кресле и потёр переносицу. Прошло несколько томительных минут. Судья выпрямился в кресле и спросил:

— У сторон имеется что добавить? — он посмотрел на Караева, правильно заключив, что истец на самом деле он.

— Нет, ваша честь, — ответил тот.

Судья посмотрел на меня.

— Нет, ваша честь, — я помотал головой.

— Тогда суд удаляется для принятия решения.

Пока мы ждали, я, к своему удовольствию, наблюдал за тем, как уверенность в победе покинула Караева, и он ерзал на стуле, будто ему подкинули туда тлеющих углей. А что касается номинального директора компании, выдвинувшей иск, так бедолагу аж трясти начало.

Вернувшись, Тимофей Сергеевич выдал свой вердикт:

— Выслушав стороны и изучив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам. Связь между истцом и господином Караевым установлена, что уже ставит под сомнение чистоплотность истца. Экспертные заключения противоречивы, причём заключение ответчика о возможной порче эссенций из-за нарушения условий хранения представляется суду логичным и убедительным, особенно в свете закупки истцом неадекватно большой партии. Прямых доказательств изначального брака в поставленном товаре нет. На основании изложенного, в удовлетворении исковых требований компании «Сибирские целебные травы» к роду Серебровых — отказать! — Тимофей Сергеевич ударил молотком.

Дмитрий, не удержавшись, издал радостный возглас. Смутившись, он поправил очки и пробормотал извинения. Судья тем временем продолжил:

— Однако, учитывая представленные доказательства противоправных действий господина Караева, суд считает необходимым рассмотреть встречное заявление в рамках этого же заседания. Господин Некрасов, вы готовы?

— Готов, ваша честь, — с улыбкой ответил наш адвокат.

Дальнейшее разбирательство стало почти формальностью. Судья, уже составив мнение о Караеве, быстро пробежался по нашим документам и, отклонив все возражения о «провокации», вынес решение.

Признать действия Олега Витальевича Караева актом недобросовестной конкуренции и клеветы в отношении дворянского рода. На него налагался штраф, а также обязанность выплатить роду Серебровых крупную компенсацию за ущерб репутации и судебные издержки. Но главное — суд постановил инициировать внеплановую проверку производства самого Караева на предмет соблюдения всех норм, с акцентом именно на условия хранения сырья.

Когда судья ударил молотком в конце заседания, Караев встал. Бледный, как смерть, он бросил на нас взгляд, полный ненависти.

Он проиграл. Проиграл по всем статьям. И теперь к нему приедет проверка, которая наверняка найдёт кучу нарушений в его производстве — я очень сомневался, что настолько алчный человек выполняет все санитарные и прочие требования.

Мы вышли из зала суда в коридор. Некрасов без конца улыбался, тряс нам руки, поздравлял. Дмитрий обнял меня и проговорил:

— Сын… Я не верил, что мы победим… Когда вышел этот профессор, думал, уже всё… Ты спас нас. Снова.

— Спасибо, конечно. Но наши враги сами выкопали себе яму, — ответил я.

Однако я полагал, что это ещё может быть не конец. Караев не похож на того, кто легко сдаётся. Он будет искать способ отомстить.

Но сейчас можно позволить себе вздохнуть полной грудью. Мы отстояли своё и в очередной раз доказали, что род Серебровых — не пустой звук, несмотря на то что суд мы выиграли у простолюдина.